Она хрипло рассмеялась и заерзала, стараясь потереться ноющим сосочком о такую нужную сейчас ладонь.
Чертыхнувшись и застонав, он плечом чуть не вышиб дверь. И практически кинул девушку на огромную мягкую кровать.
Вера смотрела в потолок и улыбалась, пока он стаскивал платье и жадно целовал грудь. Впивался ртом, оттягивая и сильно засасывая то одну то другую вершинку.
Острое удовольствие заставило ее заскрести пятками по простыне, застонать просяще и тонко.
Вера вцепилась пальцами в плечи и попыталась скинуть гиганта, отталкивала, недовольно скулила.
- Спасибо, – выдохнула ему в губы. Уселась поудобнее, довольная, провела ладонями по широкой с мягкими волосками груди.
Наклонилась и так же сильно как он недавно, ответно засосала сосок.
Его широкие ладони приподняли танцующие от нетерпения бедра.
-Тшш, малышка, я сейчас, – рокотал парень. И пока она исступленно целовала горошинку смуглого соска, провел пальцами по мокрой складочке. Гладил нежными порхающими движениями, изучая трепетно, раскручивая тугую пружину внизу Вериного живота.
- А! Ты меня укусила!
Она возбужденно засмеялась, уткнувшись лбом в теплую шерстистую грудь. И застонала, почувствовав твердую вдвигающуюся плоть, получая Лешу внутрь.
Восхитительного, осторожного, горячего.
Он придерживал ее за дрожащие бедра над собой и мягко насаживал."
"Вера выгнулась, оперлась двумя руками ему на грудь и застонала, выдыхая: «Леша, Лешенька, Лешаа».
Ее не торопили, не поправляли, он только белел глазами и сжимал губы, стараясь вдвигаться медленно. Ствол был чрезмерно толстым, и мог бы причинить боль, если бы она не была внизу такая фантастически, глобально мокрая.
- Алиса, – прохрипел Леша. Вера недовольно рыкнула и в эмоции насадилась, получая рывком полное погружение. – Алисаааа!
- Молчи, – она шипела и двигалась рывками, истирая себя по ноющему, текущему нутру. – Как же хорошо.
Вбивала его каменный ствол, взлетая в небеса и падая оземь. Рассыпая искры удовольствия по телу.
Пока не ударила себя точно в нужное место, взорвавшись криком и судорогами.
- Алиса, – он перевернул ее дергающееся и скулящее тельце и догнался в несколько рваных движений, сжимая бедра до синяков, подтягивая к себе судорожно сжатыми пальцами.
И только в самый последний момент вышел, чтобы застонав, выплеснуться пульсирующими струями на живот.