- У меня все путем, Веня. Можешь не беспокоиться. Фронт удержу.
Был Паша в шикарном хлопковом костюме, немного помятом, но явно удобном. Ежик волос боевито топорщится, глаза блестят.
За питание можно было не волноваться, и, оставив расстроенного Бена помогать Паше (""пристрой его куда-нибудь, ради Христа""), она помчалась переодеваться.
Платьев взяла только пару, на всякий случай, и с этим надо было что-то делать, потому что одно Лешка уже порвал.
Она грустно покрутила оборванные лямки и тут же мечтательно улыбнулась, вспоминая, как жадно парень добирался до груди.
Осторожно приоткрыла дверь в коридор, прислушалась и быстро выскочила из комнаты.
Из дома выходила, уверенно помахивая пляжной сумкой.
Двор смотрелся совсем по-другому. Веня видел людей, механизмы, недоделки.
А Вера вдруг заметила перекрещивающиеся лучи солнца на дорожках, склоненные ветки с цветами, рыжие камешки с глянцевыми боками, многие годы полированные водой, а теперь выложенные на границе газонов.
На углу дома росло дерево, до странности напоминающее знакомую гортензию из бабушкиного садика на даче.
Только у бабушки она была двухметровая и росла там лет пятнадцать, не меняясь уже в размерах. А это дерево вымахало метров пять вверх и метра четыре в ширину, поражая высотой и раскидистостью веток.
Огромные розоватые соцветия торчали в стороны как гигантский букет.
Вера восхищенно полюбовалась и дала себе слово, что на память обязательно сфотографируется под этим деревом.
В парке было тихо и безлюдно. Искать Лешу она примется чуть попозже, а пока все гости на завтраке, можно немного позагорать в одиночестве, купальника-то все так же нет.
"Вера скинула платье, намазалась кремом от чрезмерного загара, поправила темно-синие трусики на круглых ягодицах. И, подстелив первое полотенце, легла на один из пустующих деревянных шезлонгов, подставляя тело ласковому утреннему солнцу, укрыв полоску груди свернутым вторым.
Лежала и представляла как смотрит на нее Лешка. Как проскальзывает его взгляд по гладким стройным ногам, мягкой поверхности живота.
Облизнула губы.
- Надеюсь, ты представляешь меня, малыш.
Раздалось низко рокочуще рядом, и ее губы накрыл теплый долгожданный поцелуй.
Алексей все утро дежурил с чашкой кофе на балконе. И, когда увидел внизу гибкую знакомую фигурку с шапкой развевающихся каштановых волос, рванул так, что забыл даже шлепки надеть. Так и вылетел босиком, в одних шортах.
Он упоенно целовал желанные губы и пил встречные стоны.