Такое облегчение было прижаться к большой надежной груди за белой футболкой. Вера счастливо пискнула и без сопротивления разрешила себя сграбастать.
- Ээ. Лешенька, а мама знает, что у тебя появилась... такая девочка? – Инесса соображала быстро и теперь жадно впитывала картинку, как руки парня гладят Веру, запоминая детали.
- Узнает рано или поздно, – пожал плечами и, схватив Веру за руку, потащил от бассейна. За ними звенела тележка, которую практичная Вера не могла бросить без присмотра.
В конце концов они ее оставили на площадке у дома.
- Дожил, в собственном доме не знаю где с девушкой спрятаться, – давясь от смеха, бормотал Леша, пристраивая Веру на подоконник. – Так, теперь колись, почему Артем на тебя злится?
Вера решительно выдохнула и призналась:
- До того как мы встретились, я познакомилась с Артемом. И он меня поцеловал. Больше ничего не было.
Выпалила и невольно съежилась. Не самая приятная информация для самоуверенного молодого мужчины.
Лицо подняли пальцем за подбородок.
- Эй, – сказал Леша, – открою тебе секрет. До тебя кого я только не перецеловал. Но сейчас у меня есть ты и больше мне не надо. Тебе нужно больше, чем я?
- Нет, – счастливо выдохнула Вера.
- Молодец.
И получила шелковый, трепетный осторожный поцелуй в одно касание губ. Они смотрели друг другу в глаза, соединенные только дыханием. Потому что сейчас дышали одним воздухом, общим на двоих.
Потом он первый закрыл глаза и углубил поцелуй.
- Обойдешься, – пробормотал Леша, сопротивляясь, – я начинаю, между прочим, за тобой по-настоящему ухаживать. Нежности, поцелуйчики, типа узнаем друг друга и никакого секса.
Захлопав ресницами, она отодвинула его навалившуюся романтическую тушу.
- С ума сошел? Почему без секса?
Леша вернул себе в объятия вожделенное нежное тельце, принюхался как бычок в сено, довольно сопя, и признался:
- Хочу, чтобы ты в меня прямо втрескалась, чтобы я тебе ночами снился, и ты с подружками делилась как обо мне мечтаешь.
Он тихо засмеялся ей в ухо.
- Мама говорит, что вы, девочки, должны сначала на нежность запасть. Так у нее с папой было.
Вера слушала и таяла. А и плевать – без секса, так без секса, лишь бы вот так серьезно дальше говорил. Потому что она… у нее к нему все серьезнее.
- Леш, – сказала она тихо, – я тоже хочу, чтобы ты в меня втрескался.