Молодые парни, привязав что-то к ноге, прыгали с платформы вниз головой, останавливаясь в нескольких десятках сантиметров от земли. Все действо напоминало «тарзанку», только, как потом выяснилось, ноги молодых людей связывались прочными лианами, в отличие от резинки почти не растягивающимися. У зрителей зарождалось опасение, что у кого-то из отчаянных прыгунов может с корнем вырвать ногу. Но обошлось.
После экстремальной потехи начались танцы под ансамбль народных инструментов. Но проходили они уже без участия четы Тумасовых.
Тут будет реклама 1
Триста граммов водки, наслоившись на долгий перелет и морское путешествие, дали вполне ожидаемый результат. Илью Фридриховича развезло. Даже свежий воздух принес лишь минимальный отрезвляющий эффект. Когда место прыгунов занял ансамбль, Тумасов махнул рукой:
— Не хочу участвовать в плясках бабуинов. Лучше пойду еще добавлю.
Жена сумела придать его порыву конкретное направление — в номер, где имелся бар. Там нашлась бутылка «Абсолюта», которую Илья Фридрихович тут же открыл.
Тут будет реклама 2
Выпитое пробудило нескромные желания, и Тумасов, забыв, где находится, вслух заявил:
— Бабу хочу!
Жена бросила на него презрительный взгляд:
— Какая тебе сейчас баба! Что ты с ней будешь делать? Сказки рассказывать?
— Заткнись! — грубо оборвал супругу Илья Фридрихович. — Кто ты такая, чтобы указывать мне? Голь перекатная! Мне только пальцем шевельнуть — и ты окажешься на улице с голой задницей!
— О Тумасов, я даже рада, что ты свински напился.
Тут будет реклама 3
Ты мне такого никогда не говорил. Да, это подразумевалось, все твое поведение, регулярные гулянки, дорогие рестораны, продажные девки постоянно унижали меня, указывали на мое место в твоем доме. Но раньше ты молчал или говорил мне совсем другие слова. Мол, годы не вернешь, моя внешняя красота ушла, но осталось внутреннее обаяние. И все эти девки только для тела, а я у тебя по гроб жизни для души. Наконец ты раскрыл свою сущность. А теперь выслушай меня. Хоть ты и пьян, но мои слова запомнишь, никуда не денешься.
Тут будет реклама 4
У меня, Тумасов, есть кое-что получше твоего занюханного брачного контракта. Я ведь и подписывала его, зная, что он не стоит выеденного яйца. Дешевле чернил, ушедших на его составление. А все потому, дорогой муженек, что у меня всегда были ушки на макушке и я в курсе большинства твоих криминальных дел. Мне знакомо имя твоего уголовного дружка Черепа, я знаю о двух организованных вами убийствах.
