Вот еще… Пусть и дальше в сауне свой зад парит!
Глава 4
Мартина– Несколько лет назад, когда я только заступил на службу, Декабрь вроде как с криминалом решил завязать. Никто из наших его не трогал. Но тут попался залетный следователь, из верхов, и решил раскрыть какое-то старое дело, связанное с Декабриным. И кого, как ты думаешь, решил этот петух залетный в качестве главного свидетеля взять?
Второй полицейский подпер подбородок рукой, слушая. Честно говоря, я и сама заслушалась, вспоминая.
– Ее, – тихо сказал первый, махнув в сторону рукой.
– Козел! – выпалила я. – Я выходила из кондитерской, к мамуле в гости шла, такой красивый торт купила, с шоколадными ангелочками… Посреди улицы схватили. Торт на асфальте оказался, а меня в уазик затолкали, еще и допрос устроили.
– Два часа сорок три минуты, – подтвердил полицейский.
Я поежилась. Первый допрос в моей жизни. На меня орали, материли, грозили кинуть в камеру к быдлу и уголовникам, протащить по всей грязи, которая только возможна.
После того допроса Гоша меня на руках носил, считал себя виноватым, что тень делишек его дружков меня задела.
Давно я не вспоминала об этом случае. Но сейчас под давлением атмосферы вспомнила и взгрустнулось немного. Я задумалась, могло ли все повернуться иначе? Еще тогда… Я ведь могла испугаться и уйти от Гоши.
– И что? Что дальше было?! – поинтересовался Толя.
– Потом Декабрь узнал, что его жену мурыжат, и мгновенно прилетел. Такой разнос здесь устроил. Тут все на цыпочках ходили. Все! Жену Декабрина отпустили.
– И все? – разочарованно спросил второй. – Ну а тот, следователь, с ним что?
– А с ним, мой дорогой Толя, Декабрь потом сам лично разговаривал. Ровно столько же, сколько допрашивали его жену.
– Все? Пфф… Туфта, а не рассказ!
– Дебила кусок ты, Толя. Человек до сих пор питается через трубочку едой, перетертой в пюре, и под себя ходит. В памперс для взрослых. Вот и думай, нужно ли тебе так выслуживаться перед пьяным генералом? Или не нужно?
Вопрос повис в воздухе, а я вдруг спросила себя: а мне самой… Нужен ли вообще этот человек, из трех букв, то есть муж.
Раньше, безусловно, был нужен.