– Меня и вправду так зовут только дома, и я теряюсь, когда меня так называют…
– Посторонние?
Она кивнула.
– Откуда вы узнали, вот загадка!
– Это никакая не загадка. Вы однажды приехали вместе с какой-то дамой, очень красивой, кажется, вашей матушкой, и она все время назвала вас Татой. А я услышал, вот и все. И мне не хочется, чтобы вы считали меня посторонним.
Тата открыла было рот, чтоб спросить, кем же тогда она должна его считать, уж не своим ли, но решила не спрашивать.
– А мама у меня в самом деле красивая, – быстро сказала она, чтобы что-нибудь сказать.
"– Говорят, если хочешь узнать, как женщина будет выглядеть в… зрелом возрасте, достаточно посмотреть на ее мать. И все станет ясно.
– Олег, я и сама в достаточно зрелом возрасте! Мне в апреле стукнет сорок. Или это был такой комплимент?
– Комплимент, – покаялся он. У него были веселые карие глаза с золотистыми точками.
Тата быстро посмотрела и отвернулась.
– А что? Вы не любите комплименты?
Она нехотя пожала плечами.
Как можно не любить комплименты или, напротив, их любить? Комплимент и есть комплимент – вроде сказано что-то приятное, и вроде это хорошо, и в то же время никто не обязан сказанному верить.
Хотя в умных книгах – «Наше счастье в наших руках!» «Как приручить мужчину», «Выиграй войну и обрети ЕГО!» – сказано, что комплиментам необходимо радоваться и в них надо верить.
Тата редко радовалась. И уж никогда не верила!..
Ну, вот она точно знает, что сегодня выглядит плохо, не выспалась, да еще чаю на ночь нахлесталась, потому что перед этим наелась винегрету с солеными огурцами и квашеной капустой, и вид у нее теперь, как у китайского подводника – глаза узенькие-узенькие, заплывшие-заплывшие, а щеки, наоборот, желтые-желтые и раздутые-раздутые, – и ботинки надела не те, во-первых, жмут, во-вторых, как-то на редкость неудачно пережимают ногу повыше щиколотки, от чего нога похожа на бледную перетянутую толстую сардельку, а навстречу ей в коридоре попадается Павел Петрович и говорит: «Вы сегодня особенно прекрасно выглядите, Татьяна Алексеевна!».
По мнению авторов умных книг, Тата должна возрадоваться, посмотреть на себя глазами Павла Петровича и не найти в себе ни одного недостатка, но она-то знает, что их тьма! И вряд ли Павел Петрович ослеп, оглох, потерял обоняние, осязание и разум, ибо только в таком состоянии можно все эти недостатки не заметить!
Нет, Тата не любила комплименты и не умела им радоваться!
И муж никогда ей не говорил, сколь она прекрасна.