Золотой

– Но не будем лезть в дебри… Вернемся к вашей личной судьбе… Вы – или, по крайней мере, двое из вас – сумели расслышать мой зов, и потому вы здесь… Здесь, в горах, я не один… Нас, таких же, как вы, здесь немного, всего лишь четверо… Мы живем уединенно, все вместе, коммуной… У нас свое хозяйство. Овощи, фрукты, имеются коровы и куры. Мы сами ухаживаем за ними, сами печем хлеб, стараемся ни с кем из посторонних не общаться. Мы отказались от общественной жизни. Но зато мы заняты друг другом, и с помощью коллег совершенствуем свои таланты… И я приглашаю вас присоединиться к нам.

Легкой жизни я вам не обещаю. Но обещаю, что она будет интересной. Впрочем, – старик обвел своим пронзительным взором гостей, – я приглашаю не всех. Один из вас троих мне солгал. И он не избранный. Он здесь, – старик коротко и невесело хохотнул, – совсем по другому делу.

Двое мужчин и девушка переглянулись между собой. Недоумение, настороженность и подозрительность выражали их взгляды. Алексей Викентьевич продолжил:

– И я прошу этого человека – он ведь знает, о ком я говорю, – встать и уйти.

И забыть место, где он был, и то, что он здесь слышал. Прошу!

Старик по очереди осмотрел пришедших. Никто не двинулся с места.

– Ну, хорошо, – молвил он. – Тогда небольшое испытание.

Он достал из своей пастушьей сумки три обреза охотничьих ружей. Протянул их по очереди гостям, аккуратно держа за дуло.

– Ружья заряжены. Но я не хочу подвергать вас смертельной опасности, поэтому они заряжены не жаканами, не дробью и даже не солью.

В каждом – по два патрона, начиненных капсулами с красной краской. Вы сейчас возьмете обрезы и отойдете на тридцать шагов от костра. Вы, – кивнул он девушке, – на север. Вы, Дмитрий, на восток. А вы, Аркадий, на запад. Завязывать глаза я вам не буду. Ночь по-прежнему темна. Не видно ни зги. По моей команде вы начнете стрелять. Тот, в кого попадет краска, – проиграл. И он немедленно отсюда уходит. Условия ясны?

– А если я не умею стрелять? – вклинилась девушка.

– Вы умеете стрелять, – с нажимом сказал старик.

– Сейчас все девушки умеют стрелять. Начинаем!

Он хлопнул в ладоши.

Гости, каждый с обрезом в руках, нехотя поднялись и потащились от костра в разные стороны. Через пять шагов они исчезли в темноте. Алексей Викентьевич остался у огня в одиночестве. Выждав еще полминуты, он выкрикнул: «Пли!»

Три выстрела слились в один.

Во лбу сидящего у костра старика вдруг появилась алая точка. Его тело дернулось и завалилось набок.