И что поцелуи, ласки, губы… обернутся самой большой ложью в её в жизни.
Да и бог с ней, с ложью. У Эли и Дамира разный бог, ложь у них тоже разная, и Элю есть в чём упрекнуть, если однажды ему и придёт в голову вспоминать события шестилетней давности. Но всё, что произошло потом, после того светлого дня, когда Дамир назвал её своей женой, весь тот путь, что она прошла, обдирая душу до крови, сдирая кожу с кулаков, в слепой ярости кусая костяшки пальцев, ненавидя себя, презирая всё вокруг – всего этого не хотелось знать, в подобное лучше не верить, и об этом не помнить.
Никогда. Никогда.
Глава 22"
"Карима. Прошлое. Накануне приезда Дамира. Поволжье
Приближался последний звонок, а за ним и выпускной после девятого класса. Из класса Каримы никто не уходил, кроме Лены. Ей разрешили, в качестве исключения, доучиться до конца года, сдать экзамены и перейти в другую школу или колледж. Всё равно выпускной родители решили провести с размахом. Дети, естественно, не возражали.
За будоражащими приготовлениями к празднику, за выбором платья, обуви, причёски и бесконечными обсуждениями с одноклассниками программы мероприятия, Карима подзабыла историю с Равилем Юнусовым. Тем более, он никак не напоминал о произошедшем, а Горшков и вовсе потерял всякий интерес к девушке, демонстративно обходя её стороной. Равиля, в свою очередь, избегала сама Карима. Избегала тщательно, всячески внушая себе, что вовсе и не думает о нём, совсем.
Впрочем, обманывай себя – не обманывай, а не думать о Равиле у Каримы не получалось. Мысли то и дело возвращались в тот майский день, а потом и к короткому диалогу у кабинета отца. И главное, какой вопрос хотел задать Равиль? А если хотел, почему не задал? Надо бы успокоиться, забыть об истории в парке, о Равиле, о буравящем, прошивающем насквозь взгляде, но не получалось.
С утра мама была не в настроении. У Алсу и Назара вовсю шли летние каникулы, они успевали перевернуть вверх дном две свои комнаты и зал ещё до завтрака, схлопотать от родителей, а к обеду несколько раз подраться.