В результате миссис Макстон выступила с предложением:
— Возможно, палантин поможет прикрыть… разногласия?
Мы с леди Давернетти остановились.
— Чаю? — невинно предложила миссис Макстон.
После чая, часам к шести утра, меня отпустили отдохнуть перед приемом. Поспать удалось до двенадцати. И проснулась я вовсе не от чувства полного отдохновения, о нет, меня разбудил голос леди Арнел:
— Это невозможно, Летисия!
— Девочка пойдет на бал как моя воспитанница, — парировала леди Давернетти.
— Адриан будет в ярости! — выдвинула свой аргумент леди Арнел.
"— Это была идея Кристиана, — не уступала ей леди Давернетти.
— О господи, дорогая, как же вы не понимаете — они оба питают отнюдь не здоровые чувства к мисс Ваерти.
О да, это точно, один с удовольствием обвинил бы меня во всех смертных грехах, а второй… ну, со вторым все несколько сложнее.
— Да что же может быть нездорового в здоровом желании мужчины продлить свой род? — выпалила леди Давернетти.
В мою комнату беззвучно вошла миссис Макстон, мы обе потрясенно переглянулись.
— Я отправила Бетси в лавку. К сожалению, добавить кружева на платье не удалось, леди Давернетти охраняет его как… — она усмехнулась, — как дракон свое сокровище, но палантин у вас будет, моя дорогая, добротный, атласный и предельно скромный.
— Что бы я без вас делала, — прошептала я.
— Стали бы причиной очередного скандала в драконьем городе, — улыбнулась миссис Макстон. — Чаю?
* * *К моменту завершения моего позднего завтрака появились модистка и две горничные леди Давернетти с целым набором шпилек, уже нагретой плойкой и двумя десятками белоснежных, выполненных из атласа и речного жемчуга цветов.
Когда с моей прической было покончено, ахнула даже миссис Макстон, я и сама, едва дыша, смотрела на себя в зеркало, с трудом осознавая, что при правильном подходе к укладке и украшению моих волос я оказалась на редкость привлекательным созданием. Локоны, причудливо уложенные в высокую прическу; частично ниспадали вниз, прикрывая часть шеи и спускаясь на плечо, в основном же являлись основой для белоснежных цветов в тон к такому же белоснежному платью.
Но когда платье на мне было застегнуто на сотню пуговок, корсет затянут, а туфельки сделали меня немного выше, стало отчетливо ясно, что невероятно низкая линия декольте откровенно портила весь образ невинности.
— Все идеально! — поправляя выточки на груди так, что та едва не вываливалась, заверила леди Давернетти.