Белые от смертельного ужаса, в белом одеянии, на белом снегу… и только кровь алая»…
— На мне черная ночная сорочка! — нервно выговорила я, удерживая «Illiumena» и стремительно просчитывая, хватит ли мне сил трансформировать ее во вспышку ослепляющего «Fulgoreperstringunt» и подействует ли заклинание временного ослепления на драконов, коими, несомненно, являлись напавшие на мой дом.
Убийцы застыли, явно не ожидая подобного удара судьбы.
— Мне жаль, но она действительно черная! — заверила я, начиная трансформацию «Illiumena».
Внизу долю секунды царила тишина, затем донеслось сдавленное:
— Точно черная?
Честь или жизнь? Вопрос по существу.
Рывком я дернула пояс халата, развязывая его, и почти ловко, но все же не очень, скинула с себя халат, демонстрируя преступникам то, что вечером вовсе не хотела надевать. Дело в том, что черные ночные сорочки едва ли были приняты в приличном обществе, а потому все те три штуки, что миссис Макстон приобрела в магазине готового платья, никоим образом к приличным вещам не относились.
Потому что убийственные личности от лицезрения черного кружева там, где явно ожидали увидеть белый хлопок, потрясенно застыли.
И это были те секунды, что спасли мою жизнь.
— Fulgoreperstringunt! — воскликнула я, трансформируя заклинание света в ослепительную вспышку.
Движение рукой, и, распахнув двери, я добавила гневное:
— Tarquinios!
И заклинание изгнания смело незваных гостей за двери, швырнув прямо в сугроб, который намело у лестницы в эту снежную ночь."
"Практически теряя сознание и бессильно оседая на ступени, я прошептала вызывающее полицию «Vocantem» и захлопнула двери, запечатав их стандартным «Obstructionum», на большее сил уже просто не было.