— Угу, — кивнул Роман, глядя на горку грязной посуды. — Как появится…
— Слушай, чего ты докопался-то? — не выдержала Настя.
— Я? О, я вообще без претензий. Я вообще на тебе хорошо заработал…
— В смысле⁈
Настя уставилась на брата таким взглядом, что тот даже не знал, бояться ему или смеяться.
— Мы с Кириллом поспорили, — поведал он. — Он пятьдесят тысяч поставил на то, что ты через неделю уже домой прибежишь.
— П-ф-ф-ф, — фыркнула Настя и закатила глаза. — Болван.
— Я ему так же сказал, — Рома усмехнулся и отпил вина из бокала.
— Если бы это было так, то я бы сейчас жила у себя, а не тут, — отмахнулась Настя, подтянув к себе другой контейнер. С салатом с уткой с апельсинами. И поискала глазами вилку. — Хотя не могу не признать, что тут есть свои недостатки и…
Она резко замолчала, когда из-за стены донёсся неожиданный женский крик.
— Это что такое? — заволновался Рома.
— Это Наташа, — спокойно и даже с какой-то скукой в голосе ответила Настя, принимаясь за салатик. — Похоже, её муж опять набедокурил.
Будто желая подтвердить её слова, из-за тонкой межквартирной стены опять раздались вопли. В этот раз это был поток почти беспрерывных оскорблений.
А Роман смотрел на стену, где висел дешёвенький кухонный гарнитур, одновременно с восторгом и ужасом в глазах.
— Господи, она что? Из картона сделана? Тут же слышимость бешеная…
— Без понятия, — пожала плечами Настя, поддев кусочек утки вместе с листьями салата.
Рома отвернулся от стенки и посмотрел на сестру с уважением.
— Знаешь, а ты адаптировалась удивительно быстро, — произнёс он, на что Настя лишь устало махнула рукой и вернулась к салату.
— Как дома дела? Расскажешь?
— Да всё так же. Папа занят делами. Мама тоже. Знаешь, отец хотел приказать охране вернуть тебя домой, но мама его отговорила. Сказала, что нужно дать тебе делать то, что ты считаешь правильным.
Услышав это, Настя едва не подавилась. Пришлось даже глоток вина сделать.