— проговорил Ульянов, с усмешкой глядя на меня.
— И все же пару ласковых я ему скажу. — возразил Михаил Иванович и буквально за шкирку вытащил меня из судейской. А стоило нам оказаться наедине — набросился. — Ты что щенок себе позволяешь? Совсем страх потерял?
— Не могу знать, о чем вы, ваше благородие. — выпалил я в ответ, чем на мгновение выбил из колеи внезапно трезвого и очень злого преподавателя. Воспользовавшись этой заминкой мне удалось вывернуться из захвата и даже отскочить на пару ступеней, чтобы не попасть под лапу Гаубицева.
— Какого черта ты не извинился перед Беляковым? — быстро пришел в себя преподаватель. — Жить надоело или неуязвимым себя почувствовал? Ты вообще в курсе сколько о тебе разных слухов ходит? Надеешься каждый раз сухим из воды выходить?
— Никак нет, не надеюсь. — снова отчеканил я, но теперь уже не смог ошеломить учителя. — Мне извиняться не за что, ведь именно этот напыщенный индюк меня на дуэль вызвал, при ста свидетелях минимум. А от борова я даже вызов не получал!
— Но при этом публично называешь другого студента «боровом».
— Так мне больше и не надо. — пожал я плечами. Ситуация на самом деле складывалась достаточно парадоксальная. Один бой превратился в два, да еще и с достаточно опасными противниками.
"Проблема не в том, что, я с ним не справлюсь, шанс есть всегда, но во время первой схватки второй противник увидит все мои приемы. А уж если я сразу использую заготовку — то второй бой для меня и вовсе гарантировано будет проигран. Стоит Недосуду понять, что я задумал — он выиграет просто на классе.
А значит с боровом придется драться совершенно не так как я привык, и даже не так как я рассчитывал.
— В связи с вновь открывшимися обстоятельствами регламент схватки был изменен. — донесся голос из динамиков над стадионом и все трибуны затихли. — Первым будет проведена дуэль между первокурсниками.