Повернув его против часовой оси, он расстегнул цепочку, но к моему удивлению не снял с шеи, а растянул — словно поводок.
— Руки не тяни. — хмыкнул Василий, отодвинув мою ладонь. — А то долбанет, словно током. У каждого человека свой заряд, индивидуальный.
— И что это? Ключ? — спросил я, показав на кристалл.
— Ключ, батарейка и много что еще. Но главное — резонатор, подчиняющийся воле владельца. Чем сильней воля, чем ближе ты к резонатору, тем больше силы от него можешь получить. — загадочно объяснил Василий.
— Что-то я не заметил, чтобы у князя много силы воли было. — буркнул я, вспоминая какую выволочку тому устроила супруга.
— Вот тут ты не прав, Сашка. Жены в роду Суворовых — это святое. Вот начнется война, тебя отправят на фронт, а кто на хозяйстве будет? — с издевкой спросил денщик.
— А что маги? Я сам видел, как Ведьма огненными шарами кидалась и пули в воздухе останавливала. Или это тоже «резонанс»? — поинтересовался я.
— Магия, скажешь тоже. — хмыкнул Василий, но прежде, чем ответить надолго задумался. — Хотя и так это назвать можно. Дарники — избранники царя и бога, те кто своей волей могут резонировать со вселенной через кристаллы.
— Нет, пока не дошел, а что там? — удивленно спросил я.
— Величайший скайшип второй половины двадцатого века. — с гордостью, будто сам его строил, сказал денщик. — Двенадцать полковых резонаторов — и это только движительная часть! Три шестиствольных башенных орудия 180мм, две палубы для оборонительной авиации, восемнадцать скорострельных орудий ПРО.
— Как эта дура летала? — ошарашенно спросил я, представляя помесь гигантского дирижабля и корабля. Вместо ответа денщик порылся в стопке книг и открыл фотографию. Увиденное и в самом деле впечатляло, скрестить в воображении ужа и ежа — не самое сложное, сложно чтобы от этого был хоть какой-то прок. А военные всегда были людьми очень практичными и далекими от глупой траты средств.