Теперь не до выпендрежа и честных побед, я вообще не в курсе что происходит, и где пресловутые шпики, когда они так нужны? На улице ни одного не видно, хотя еще утром их была целая толпа.
«Лес, все гуще. Становится темнее, я плохо могу разобрать дорогу». — продолжила держать меня в курсе связная, а я уже мчался по дорожкам, покрытым прозрачной коркой льда, оставшейся после утренних заморозков. Летне-осенние ботинки, которым мне так и не выдали замену, безбожно скользили, но я умудрялся бежать.
Спустя всего пять минут я уже проскочил мимо последнего внешнего корпуса и оказался на подмерзшей грунтовой дороге, ведущей на полигон, где еще вчера мы наблюдали за сражением третьекурсников.
«Замок! Я вижу замок!» — крикнула Мария, и я мгновенно спрыгнул с дороги, сокращая маршрут.
"Я пока никого не видел, но говорить об этом не стал, сберегая дыхание. Пробежав насквозь лесополосу, я оказался на давно знакомом полигоне, и в начале не поверил своим глазам. По изрытому полю, перепрыгивая окопы, бежала настоящая толпа. Шпики, кажется, все, которые были в училище, стягивались в одну точку.
За их спинами я сумел разглядеть странную, искаженную фигуру, и яркое, прекрасно видимое во всей окружающей серости, оранжевое пятно.
«Что за треск? Что у вас происходит?» — требовательно поинтересовалась Мария.
— Они, стреляют. — раздельно, на выдохе, произнес я, не снижая темпа. Мне каким-то чудом удалось поравняться, а затем и обогнать последние ряды шпиков.
— Эй, ты куда, парень? — донесся мне в спину удивленно-возмущенный голос, но я не обратил на него никакого внимания.
— Не стреляйте! У него девушка! — крикнул я, с трудом разминувшись с шагнувшим мне на встречу шпиком.