Человек уже забыл о своем запятнанном прошлом, начал новую жизнь: женился, нарожал детей, на хорошем счету у руководства, пользуется уважением среди сослуживцев, уверенно продвигается по службе, и тут приходит к нему домой невзрачный гражданин в шляпе и плаще (а искать и находить нужных людей абвер умел), показывает копию подписки о сотрудничестве с немцами (собственноручно и добровольно подписанную) и требует сделать копию с военной документации. Идти в органы НКВД и признаваться в давнем сотрудничестве? Вряд ли… Двадцать пять лет лагерей еще никому здоровья не прибавляли.
"Судя по тому, что Зотов ушел не пустой, он решил сдаться. Это означало, что сюда, на болотца левого берега реки Сухой Торец, с часу на час, а может, с минуты на минуту может нагрянуть оперативно-разыскная группа НКВД с автоматчиками и собаками. Надлежало немедленно убираться отсюда, и как можно дальше…
Сыч быстро собрался и, осторожно прощупывая дно, прошел болотцем и ручьями поначалу на юго-запад, потом полем, а далее редкими перелесками двинул строго на юг.
Пробежав километра три и оставив позади станцию Григоровка, он, переведя дух и снова приняв направление на юго-запад, метров через пятьсот вышел к железнодорожной насыпи. Осмотревшись и отдышавшись, снял вещмешок, вынул тротиловые брикеты-шашки и связал их бечевой. Пригнувшись, добежал до насыпи, поднялся к рельсам и стал с помощью ножа копать под шпалами углубление для заряда, выгребая ладонями песок и гальку.
Сыч достал из вещмешка огнепроводной шнур, отрезал от него метровой длины кусок и вставил один конец шнура в полый конец капсюля-детонатора. Зубами сжал его концы так, чтобы конец шнура не выскочил из полой части детонатора. Затем нащупал на торце одного из брикетов место, где находилось отверстие для запала, порвал ногтем упаковку и вставил свободный конец детонатора в запальное гнездо.