Агент немецкой разведки

Отец капитана Олейникова, Степан Александрович Олейников, в империалистическую войну был пехотным прапорщиком, награжден Георгиевским крестом, а при немцах работал техником-механиком на городской электростанции, то есть как было сказано в коротеньком анонимном письме, поступившем в Суджанский горотдел НКВД, «работал на немцев». Мать Павла Олейникова, Вероника Владимировна, работала акушеркой в больнице, две трети которой заняли под жилье рота солдат вермахта и взвод итальянцев. Вероника Владимировна, получалось, тоже «работала на немцев», хотя принимала роды у суджанок.

"

"И Степана Александровича, и Веронику Владимировну не единожды вызывали в «компетентные органы», заваленные доносами жителей Суджи друг на друга. Получалось, что две трети жителей города практически работали на немцев, поскольку в Судже в период оккупации функционировали маслозавод, один из двух кирпичных заводов, магазины, аптеки, рынки, мастерские, городская управа с отделами и даже местный драмтеатр, который при отступлении немцев поджег карательный отряд из полицаев.

По сути, эти две трети жителей Суджи, которые попросту хотели выжить, надлежало объявить предателями Родины со всеми вытекающими репрессивными последствиями. И таких небольших городков и скромных поселений, как Суджа, немцами было оккупировано сотни, если не тысячи. Так что же тогда получается? Всех жителей оккупированных территорий, не успевших или не пожелавших эвакуироваться, записать в предатели? И сослать в исправительно-трудовые лагеря?

Так во всей Сибири места не хватит…

Веронику Владимировну продержали несколько часов в райотделе, учинили основательный допрос и отпустили.

В конце концов, роды она принимала не у немецких, румынских или итальянских солдаток, а у русских и украинских женщин. А вот со Степана Александровича, работавшего на электростанции, а значит, обеспечивающего немцев электрической энергией, был другой спрос. Его забрали на второй день после того, как выбили немцев из Суджа, и временно держали взаперти, не предъявляя обвинения и не зная, что с ним делать. Впрочем, как и со многими другими, оказавшимися в подобном положении. Так что дальнейшая судьба Степана Александровича выглядела весьма туманной.

Был и еще один фактик. Согласно донесению сотрудника городского отдела НКВД, капитан Олейников в свои приезды в Суджу неоднократно посещал частный дом по улице Красноармейской. Дом принадлежал Игнату Кологривцеву, партизанившему в отряде «Дяди Алеши» и пропавшему без вести осенью сорок второго года.