– Он неожиданно замолчал, приподнялся на облучке, посмотрел куда-то в сторону через голову ямщика и в следующее мгновение истошно закричал: – Гони! Зараза! Гони!
Ямщик тоже завопил что есть мочи, привстал на облучке и закрутил над головой кнут:
– Эй, ми-и-и-лыя, выноси покуда!
Ничего не понимая, Маша откинула фартук, укрывающий ее от встречного ветра и снега, уперлась руками в края повозки, пытаясь рассмотреть, что так напугало Антона и ямщика, но ямщик пронзительно свистнул, и лошади рванули вперед с еще большей силой.
«Неужели волки?» – подумала она.
И Антон тут же обернулся к ней и, подтверждая ее догадку, прокричал изо всех сил:
– Держитесь, барышня, волки в гости пожаловали! Теперь кто кого!
Сани, казалось, летели над землей, и лишь свист полозьев да пронзительные крики ямщика разрывали окружавшую их ночную тишину. Внезапно дорога нырнула в узкую ложбину между двух невысоких увалов, и Маша с ужасом увидела нескольких хищников, бегущих по краю увала почти на одном уровне со спинами лошадей.
Маша посмотрела на Антона. Он, пристроив на локте пистолет, целился в самого крупного из волков, бегущего первым. Маша, недолго думая, тоже достала свой пистолет, но прицелиться ей мешала спина ямщика. И тогда она привстала на колени и навела пистолет на другого волка, костью потоньше, бегущего следом за вожаком, видимо, это была волчица.
Внезапно дорога пошла в гору, и лошади замедлили бег. Маша невольно сморгнула от напряжения и пропустила тот момент, когда вожак ринулся в атаку. Гибкое темное тело взвилось в воздухе и, застигнутое в полете пулей Антона, неестественно изогнулось и упало на дорогу прямо под копыта лошадей. Коренник испуганно всхрапнул, поднялся на дыбы, отшатнулся назад, потянув за собой пристяжных.