- Я не соглашалась, - отступила.
- Ты в мою машину села, - напомнил он хрипло.
Мужские руки потянули за ворот футболки. Дернули, и ткань с треском разошлась в его пальцах, лохмотьями повисла на мне. Широкие ладони прошлись по плечам, сдирая футболку вместе с лямками бюстика, нырнули мне за спину, и щелкнули крючки.
Он раздел меня так умело и быстро, мое слабое сопротивление задавил стальным взглядом, в своей лапе зажал оба моих запястья и поднял их наверх.
- Постой...
Ощутила холод металла, и как прутья вдавливаются в кожу, он вяжет мои руки, моей же футболкой, и его лицо так бесстрастно, словно сосед занимается этим каждый день.
Загоняет в клетку добычу и лишает возможности двигаться.
- Савва!
Я снова испугалась, как тогда, в его доме, связанная на кровати, беззащитная перед ним.
- Я тебе нравлюсь? - он дернул к себе красную ленту, медленно разгладил ее.
Секунда - мы друг другу в глаза смотрим, и в ушах звучит его голос из той нашей первой ночи, тогда ему нужно было мое разрешение, делать со мной всё, что он захочет.
Сейчас же он меня не отпустит - читаю по его лицу, серьезному, как у человека жесткого, в своих действиях уверенного, и с каждой секундой изнутри холодом поднимается страх, смешанный с огнем возбуждения.
- Злата, - позвал он.
- Да! - не выдержала. - Да! Да!
Нравится - мягко сказано, я днями напролет, черт возьми, думаю о нем.
- Не кричи, я не глухой, - он тихо усмехнулся.
И в следующий миг мне на глаза легла красная лента.
Глава 39
Он лишил возможности видеть его, и обострились другие чувства.
Я схожу с ума.
Его присутствие ощущаю кожей, знаю, что он стоит рядом и смотрит на меня, полуголую. Жду, когда он коснется, и где, плечи, грудь и живот - тело напряглось, готовится.
А он медлит.
Закусила губу и дернула связанными руками. Ткань впилась в кожу, я потянула еще.
- Следы останутся, Злата. Если будешь вырываться, - из-за этого протяжного бархатистого голоса даже дышать перестала.
Мужские руки подтянули меня за бедра, заставляя сделать шаг от решетки вперед. Длинные пальцы скользнули за пояс джинсов, расстегнули пуговицу.
Молния поехала вниз.
- Нет, - подняла ногу, загораживаясь, я не могу позволить снять с себя всё, когда он стоит напротив, полностью одетый, и я не вижу его, что он делает. Подняла подбородок на голос. - Сначала сними повязку, - потребовала.