Магистр перестал веселиться и достал из ящика стола черную шкатулку, открыл ее и в два неуловимых пасса отправил в полет горстку разноцветных шариков. Они зависли перед нами, бледными и обалдевающими от стремительного развития событий. Один шарик – один адепт. Я сглотнула, зажимая в ладошке сапфировый, цвета глаз моего обожаемого магистра, шарик. По телу прошлась ласковая, чуть щекочущая волна удовольствия. Неожиданно.
– Берите-берите, не стесняйтесь, – подбодрил преподаватель, снова весело разглядывая нашу группу.
Мы, не сговариваясь, злобно посмотрели на удрученного старосту – не мог помолчать? Он робко проблеял:
– Но вы не ответили на вопрос. Как их отличить?
Лично я подумала о том же самом. Задавайте вопросы, говорил он, помогу, чем смогу, говорил он… Угу, и сразу проклял, пусть и не по-настоящему. Очень стимулирует.
– Поверьте, адепт Гайран, – продемонстрировал превосходную память магистр, – ощутив на себе действие наложенной иллюзии проклятия, вы сами ответите на свой вопрос, а заодно отлично усвоите их разницу. И спустя годы с одного взгляда отличите фантомное от стихийного.
Оптимистично – нет слов, нам уже начинать радоваться свалившемуся счастью? Переглянулась с одногруппниками: похоже, думали мы сейчас примерно одинаково. Магистр довольно прищурился и начертил в воздухе вспыхнувший алым символ.
Взметнулось черное пламя, и из него вышел лорд Рашшас, начальник Ардамского отделения Ночных стражей и по совместительству мой дядя. Я понятия не имела, что он дружен с магистром Вейссом, да еще настолько, что тот может так запросто его вызвать.
Двенадцать пар глаз жадно следили за разворачивающимися событиями. С тех пор как некогда захудалая Академия Проклятий получила новый статус и стала престижнейшим местом обучения, здесь часто появлялись выдающиеся личности, известные всей империи. Поэтому никого не удивило эффектное появление главы Ночной стражи.