Теперь Лертран улыбался, и мне стало легче, будто душу солнечные лучики обогрели.
– Теперь все в порядке? – на всякий случай уточнила я. – Вы их поймали, а мы не помешали? – На меня лукаво посмотрели. – Почему тогда лорд Рашшас сердится?
– Сама как думаешь? Могло ему понравиться то, что в гуще опасных событий он обнаружил любимую племянницу, необдуманно лезущую под удар? Тут я, кстати, согласен с ним полностью. Если бы Рашшас не знал, кого искать, или вовремя не среагировал… Клео, ты же должна понимать, насколько опасны Заклинатели! – жестко закончил Лертран.
Я опустила голову и прошептала:
– Я тогда ни о чем другом думать не могла, перед глазами ваш бой стоял, а когда поняла, что он собирается сделать, все как-то само собой получилось. Подобные ритуалы даже для тебя опасны, что уж говорить об остальных. Вы были заняты сражением и…
Он накрыл мои губы своими, останавливая поток оправданий, а когда прервал затянувшийся поцелуй, негромко произнес:
– Да понял я, и Рашшас понял, просто испугался за тебя.
Я уютно устроилась на теплой груди магистра, счастливая и бесконечно влюбленная.
– Одного не пойму, при чем тут сайринги?
Бровь Лертрана изогнулась в удивлении:
– Откуда?.. – вот и все, что он произнес.
Спрятала глаза, жалея о своем любопытстве, пришлось сознаться:
– Слышала ваш разговор с лордом-директором и потом сопоставила, вот.
– Сопоставила она. Я не называл их.
Он замолчал, о чем-то размышляя, а потом с угрожающими нотками в голосе произнес:
– Надо полагать, вы там всей шайкой не случайно оказались.
Я пожала плечами и, меняя тему, повторила вопрос:
– Так что с сайрингами?
Магистр укоризненно качнул головой, показывая, что все видит, но ответил:
– Мы давно выслеживали того мага-отступника и знали, что он не пройдет мимо столь лакомой наживки, как контрабанда сайрингов.
У меня еще оставались вопросы, но распахнулась дверь, и на пороге, сверкая хитренькой ухмылочкой, появился глава Ночных стражей.