"
"Я пообещала себе жить, рисковать еще больше, быть свободной и в то же мгновение испугалась, что у меня никогда не будет такого шанса.
Талия Баресе умерла в тот день.
Но в конце концов я открыла глаза, моя голова пульсировала от сильной головной боли, и уставилась на Киллера, который сидел на своей кровати рядом со мной.
— Ты не можешь позволить шкафу убить меня, тебе нужно сделать это самому? — прохрипела я.
Киллер даже не улыбнулся.
— Я не стану тебя убивать. Но ты должна умереть.
Мой мозг все еще был слишком затуманен, чтобы разобраться в этом.
— Ты можешь жить, если позволишь Талии умереть. Я скажу всем, что работа сделана. Они не будут сомневаться во мне. Я ебаный Мрачный Жнец. Но тебе придется прятаться. Оставить все. Твою семью. Имя.
Я медленно села.
— Ты позволишь мне сбежать?
— Я никогда не говорил, что позволю тебе сбежать от меня.
Он наклонился ближе и резко поцеловал, полностью застигнув врасплох. Отстранившись, он внимательно посмотрел мне в лицо.
Я кивнула, хотя он и не спрашивал.
— Мы можем сбежать вместе. Здесь ты не свободен. Мы оба никогда по-настоящему не были свободны. Может, вместе мы наконец узнаем, что такое настоящая свобода на вкус.
— Единственный вкус, который я хочу сейчас, это твоя киска.
* * *В тот же день мы все упаковали, и Киллер объявил своему клиенту, что я мертва. Меня больше не существовало.
Он купил яхту на свои сбережения, на все кровавые деньги, но как принцесса мафии я выросла в окружении грязных богатств. На следующий день мы отправились в путь на нашей яхте.
Киллер сделал для нас новые документы, новые имена, которые мы придумали поздно вечером, выпив слишком много вина и еще больше секса. Нова и Неро. Новое начало и человек, который сжег дотла целый город. Оба имени странно подходят нам.
Теперь, смотря на Киллера сверху вниз, оседлав его бедра, чувствуя, как его твердый член настойчиво впивается в мою киску, я не могла не улыбнуться.
— Нова и Неро Армани. Это не может быть больше, чем это. Мы никогда больше не будем принимать важных решений с помощью водки.
Киллер с ухмылкой приподнял свои темные очки от Армани, позволяя мне увидеть голод в его глазах.