— Ты, шалава конченая, на него малолеток науськала, а теперь полюбоваться приперлась? Он с тобой как с торбой писаной носился, чуть всю долю в бизнесе по п*зде не пустил, чтобы твое бл*дское наследство выгрызть, а ты ему за это нож в бочину и бОшку проломить? Я же тебя убью сейчас, тварь!
— Да ты… — только и успел вскрикнуть Антоха и был отброшен в стену.
Разъяренный амбал налетел на меня, толкнул в стену спиной и сжал горло. Он сверлил меня бешеным взглядом, лишая воздуха, а я вместо сопротивления почему-то прижала руки к животу.
— Прости, я не думала, что так все выйдет, — прохрипела, задыхаясь.
— Потому что ты эгоистичная безмозглая сука, что думает только о себе и своих вы*бонах! Я ему говорил, что ты, гадюка такая, ему только гемор принесешь и душу выешь, не слушал меня.
— Пусти к нему.
— Пошла на х*й! Я тебя лучше своими руками прикопаю, но Яра добивать не дам.
— Да что вы себе позволяете! Прекратите это немедленно! — кричал где-то неподалеку женский голос. — Кто-нибудь! Вызывайте милицию!
Боев ослабил захват, оторвал меня от стены и с силой пихнул. Еле устояла на ногах.
— Пальцем никогда ни одну бабу не трогал и об тебя мараться не стану. Пошла отсюда на хер и из дома съезжай. К Яру еще хоть близко подойдешь — возьму грех на душу.
— Пусти! — уперлась я.
— Пошла. На. Х*й!
На полу застонал Длинный, народу, орущего о безобразии, стало больше, но мне было плевать. Я должна попасть к моему гризли.
Нашарив полоумным взглядом штатив с капельницей, я схватила одну бутылку с лекарством и шарахнула дном об стену. Выставила перед собой трясущейся рукой стеклянную «розочку», оскалившись на Андрея.
— Свали с дороги по-хорошему! — зашипела сквозь зубы.
"Сзади уже визжали, звали на помощь.
— Да кому ты грозишь, идиотка! Я же тебя с твоей стекляшкой по стене размажу! — двинулся Боев опять на меня.
— Пусти, мне к Яру надо! — выкрикнула я и махнула на уровне его лица своим оружием.
— Ты глухая или тупая? По твоей вине его чуть не убили! У тебя в принципе хоть зачатки совести есть? Пошла отсюда!
— Нет. Я его не брошу.