Группа штаб-офицеров полка, обходя полевую стоянку, приблизилась к стоящим на самом краю лекарским фурам.
– Что с ранеными? – кивнул в их сторону Егоров. – Илья Павлович говорил, что двое егерей так и продолжают оставаться тяжелыми. Может, их правильнее будет в местечке с кем-нибудь из наших лекарей на время оставить?
– Дьякову виднее, Алексей, – покачал головой, не соглашаясь с командиром, Гусев. – Он говорит, что ежели они тут все вместе, так под лучшим приглядом тогда будут. Так-то ведь ни один из раненых на марше у нас не помер.
– Ну, ладно, и то правда, не стоит мешать Илье Павловичу в его деле, – немного подумав, произнес Алексей. – Повезло нам с врачом, сам уже, и не раз причем, убедился в его высоком умении.
– Так точно, господин полковник, проверю, – кивнул тот и отделился от группы офицеров.
Выслушав итоговую сводку в штабном шатре по всем подразделениям полка, Алексей, нахмурившись, покачал головой.
"– Все так, провиант длительного хранения у нас на исходе, доброго фуража для лошадей в интендантстве совсем мало осталось. У местных с этим тоже небогато, как-никак целая армия тут уже третий год столуется. Так что остается лишь одно – уповать на то, что совсем недалеко от нас находятся главные армейские склады. Здесь я вижу самым разумным послать впереди идущей маршем колонны нашего старшего интенданта. Александр Павлович, на тебя у нас сейчас одна надежа.