– Ладно, обошлось ведь, сейчас уже к нам смена придет. Чуешь, как съестным запахло? Это значит, что ребятки завтракают перед заступлением в караул. Они должны постараться незаметно сюда пройти, и нам вот так же придется отсюда тайно выходить. Ты, Онисим, бочком, бочком пройди вдоль стены сарайки и потом уже возле навеса с дровами к дому выходи. А я с другой стороны, от конского загона подойду. Кто же его знает, а вдруг за нами уже приглядывают со стороны? Сейчас-то уже вон как хорошо просветлело. Издалека можно чуть ли не весь двор просматривать.
Прошла еще одна ночь. Все было спокойно. Никакого шевеления в лесу или в соседних домах наблюдающими замечено не было. Так же утром и вечером приходил хозяин-валах, кормил свою скотину и внимательно оглядывал весь двор. Попробовал он было зайти в дом, но дорогу ему преградил караул.
– Не велено никого пущать! – пробасил Фрол. – Тут воинский отряд русской амператорской армии на постое стоит.
– Завтра уезжать? – переспросил валах, развернулся и, что-то бурча себе под нос, пошел прочь.
– Смотри, Данила, как он озаботился! – кивнул стоящему рядом напарнику караульный. – По-русски ведь даже заговорил, а то ведь раньше все время только лишь по-своему балакал.
– Да все они, Фрол, тут понимают, только вот дурными прикидываются, – хмыкнул Данила. – Надо бы господину полковнику поведать, он приказал, чтобы о любой мелочи ему напрямую докладывать.
"– Ваше высокоблагородие, а может, и не будет никакого набега, а? – протянул, переминаясь с ноги на ногу, капрал. – Может, мы зря это все тут, ну, с этим, со вторым своим постом в сарайке затеяли? И одного бы вполне себе даже хватило. Нам ведь осталось от силы одну ночь тут пересидеть. Небось, уже завтра сюда наши подоспеют. А так бы отдохнули перед дорогой.
– Дурья твоя башка, Мишка! – воскликнул, встав с лавки, Карпыч.