А если бы и знали на приличном уровне, что делать с данными? Рации нет, а когда сами доберутся до своих, одному Богу известно. Но Илья считал – всё, что делается, оно неспроста. Легонько лейтенанта толкнул:
– Товарищ командир! Машина недалеко стоит, и в ней офицер.
Архангельский выглянул, оценил. Потом просчитал:
– На кой чёрт они нам? Офицер – мелочь, уровня ротного, чуть выше, да и допросить его не сможем. Только сон перебил: вроде я дома, в кругу семьи и никакой войны нет, сижу за богато накрытым столом.
Илья перебил:
– Тс!
И палец к губам приложил.
Потому что в их сторону направился шофёр. Что он надеялся найти? Кусок проволоки? Шофёр шёл деловой походкой: ещё немного, и он подойдёт к избе. Лейтенант пальцем показал на нож на поясе Ильи. Понятно, желательно снять втихую. Но потом придётся и офицера убить. Плохо, их искать будут. Пропажа офицера и водителя в глубоком тылу – это серьёзное происшествие. И выбора не было никакого.
Немец подошёл, осмотрел бывший двор, пнул ногой упавший обгоревший столб с изоляторами, выругался:
– Шайзе!
Илья слышал шаги шофёра, по ним определял его местоположение.
– Так-с, что у нас? Министерство по Восточным территориям, 78-й отряд. Не пойму ни черта.
На всякий случай лейтенант убрал документы убитого в свой карман. Выберутся к своим – кому надо переведут, прочитают. Уже в последнюю очередь расстегнул на убитом кобуру, достал «Парабеллум 08», бросил его Илье. Следом так же отправил запасную обойму.
– Что делать будем? – спросил Илья.
– Офицера надо по-любому убрать для начала.
Понятно, что это задание для Ильи и выполнить его надо побыстрее.