Гвардия не горит!

Танки в ней были, но в значительно меньшем количестве, чем в танковой дивизии. Только осела пыль за последним грузовиком, разведчики перебежали шоссе. А слева уже видны синие лучи фар следующей автоколонны. Для того чтобы автоколонны не засекли самолёты, на фары ставились синие светофильтры. Немного западнее Нетьинки переправились через реку, используя подручные средства. Сами разделись догола, уложив форму, сапоги и оружие в узлы, свёрнутые из плащ-накидок. Да немного промахнулись. Другой берег оказался заболоченным.

Осока острыми краями резала кожу на ногах, тучи комаров жалили нещадно. Начинало светать, но группа шла, ибо сидеть в болоте по шею в воде, подвергаясь атакам кровососущих гадов, было выше человеческих сил. Как только под ногами оказалась относительно сухая земля, оделись и обулись, сорвав с себя пиявок. Никто и не заметил, не ощутил, как эти твари присосались. Ещё час марша на север – и командир объявил привал. Поели, полежали и двинулись дальше. Слева шла в полукилометре железная дорога. Местами её было видно, временами заслоняли деревья, но был хорошо слышен стук колёс, шумное дыхание паровозов.

К вечеру, выбившись из сил, остановились на ночёвку неподалёку от села Ржаницы. Через него проходила железная дорога. Ночью движение поездов возросло, и спать пришлось под аккомпанемент почти непрерывного грохота «чугунки».

После завтрака по лесу шли до Острова, как называлось последнее село перед Олсуфьево. Устроили лёжку, потому как дальше местность открытая, лесной массив кончился.

Командир решил дать группе отдохнуть, да не случилось. Видимо, изрядно досаждали немцам партизаны, базирующиеся в лесах от Суземки – Полпино и до самого Кирова.

Подъехали грузовики, высадили и немцев, и полицаев. Довольно много, не меньше батальона, воевать с ними бесполезно, пришлось ноги уносить на север, в сторону села Старь. Тут места глухие, местами болотистые. Уже вовсе в волчьем углу, где бурелом, забрались на деревья. Немцы прошли цепью, но стороной, хотя и близко. Повезло, что не было собак, иначе ищейки учуяли бы.

Дождались, пока немцы назад прошли. А только спустились, как пикирующие бомбардировщики налетели. Хаотично сбросили бомбы, обстреляли лес из пулемётов и улетели. Немцы явно отпугивали, выдавливали партизан на север, подальше от района боевых действий, чтобы не ударили в спину, не совершали диверсий. Так, в глухомани, устроились на ночёвку в свежей воронке от авиабомбы. Пахло сгоревшим тротилом, и химический запах отпугивал насекомых.