А с сидором и Мариной на буксире невозможно. В ответ на стрельбу с немецкого берега, ударил «максим» с нашей стороны. Видимо, наш пулемётчик ещё днём засёк позицию немецкого, потому что немец стрельбу прекратил. Уже темнел восточный берег реки, а Илья из сил выбился. Казалось – гребёт, а берег не приближается. Но вот ноги достали до вязкого дна, обрадовался. Медленно, выдирая берцы из ила, к берегу двинулся. Вскоре и Марина дно нащупала. А из темноты окрик.
– Стой! А то стрелять буду.
– Свои.
– Нет там своих.
– Командира позови.
– Стой в воде.
Илья уже по пояс в воде, за ним Марина. Лето, а вода прохладная, из ручьёв и болот река подпитывается. С берега густой бас.
– Выходите, а руки в гору."
"Уже у берега Илья Марину за руку взял, начал подталкивать, девушка совсем обессилела. На берегу две тёмные фигуры. Один из бойцов помог, протянул руку, буквально выдернул Марину из воды.
– Ой, баба! – удивился кто-то.
Илья сам выбрался на берег. С сидора, с обмундирования вода ручьём текла. То ли на голос, то ли на белую рубаху девушки немец среагировал, а дал длинную очередь веером.
Илью по ноге как палкой ударили, упал.
– Ложись! – закричал часовой.
Да поздно уже. Разводящего, которого привёл часовой, насмерть сразу, Илью ранило. Сначала боли не было. Онемела нога, затошнило, закружилась голова. Вокруг Ильи по грязному берегу Марина на коленях ползает.
– Ой, родненький, задело? Куда? Где болит?
– Нога.
Часовой винтовку на плечо ремнём забросил.
– Поднимешься сам?
– Попробую.
А нога подгибалась.
– Да брось ты сидор свой.
– Ага, брось! Мы из-за него жизнями рисковали, а ты – брось!
– А что у вас там?
– Командиру покажу.
Повернули от реки вглубь. Илье приходилось скакать на одной ноге. По другой по бедру текла кровь – тёплая, липкая. С трудом он спустился в траншею. Тут уже часовой помогал пробраться до крохотной землянки командира взвода. Командиром оказался усатый старшина в возрасте.
– Вот, товарищ старшина, задержал двоих.
– Санинструктора позови, – приказал старшина. – А вы присаживайтесь. – Рядом с лежанкой старшины снарядный ящик, Илья с трудом уселся. Нога болеть стала, мутило.
– Кто такие?
– Марина, горловину развяжи, – снял с шеи лямки и протянул сидор девушке Илья.
Марина ослабила брезентовые ремни, растянула горловину, Илья рукой ухватил мокрое полотнище, развернул.