– Надо контрразведку вызвать, пусть осмотрят. Садись, боец, ждать будем.
Капитан по полевому телефону позвонил, коротко доложил.
– Да, понял, ждём.
Пока ждали, рассвело. Контрразведчик первым делом к Илье.
– Ты их обнаружил, сержант?
– Я, сержант Сафронов. Похоже, они увидели Ордынцева, командира взвода нашего. Я сначала вскрик услышал.
– Что вы делали на нейтральной полосе?
– Всем взводом мины противотанковые ставили.
– Продолжайте.
– Ко мне один из этих направился, кинулся с ножом. Я сначала лопатой по руке ударил, потом в горло.
– Надо же, шустрый какой! У немцев в разведке подготовленные люди, а сержант его разделал, как повар селёдку. Молодец. Всё?
– Нет, мимо меня несколько человек пробежали, далеко, смутно тени видел. Дважды из «нагана» стрелял. Часовой на нашей стороне из винтовки пальнул. Потом красноармейцы прибежали.
– Стой здесь, я тело осмотрю.
Контрразведчика не было долго. Вернувшись, сказал.
– Зайди в землянку, показания подписать надо.
В землянке усадил за стол, которым служила дверь, снятая с какой-то избы, дал бумагу, карандаш.
– Пиши, так, как мне говорил. Внизу дата, подпись.
Илья написал, бумагу контрразведчику вернул. Тот пробежал глазами.
– Складненько. Вот что, сержант. В сапёрах мужикам в возрасте служить надо. А тебе сам бог в разведке служить велел. Ты как?
– Не против.
– Я с командиром разведки потолкую. Он тебя найдёт.
– Разрешите идти?
– Разрешаю.
Сапёры тело своего командира на плащ-накидке понесли, Илья следом шагал. Внезапно всё получилось, не ожидал.
– Разрешите нож немецкий забрать? Если меня в разведку переведут, мне пригодится.
– Если для дела, бери. Твой трофей.
Илья ещё при осмотре тела немца обратил внимание на нож. В чёрных кожаных ножнах, ручка рифлёная, с выемками под пальцы, клинок смотрится хорошо. В деле его Илья не пробовал, но в разведку плохое оружие не берут, от этого жизнь зависит.
"Сапёрам лопатой орудовать – не привыкать. Для Ордынцева могилу вырыли, завернули в кусок брезента, после полудня схоронили. Старшина водку выдал, фронтовые сто грамм. Но из-за убыли бойцов получилась двойная доза. Помянули лейтенанта. Строг был, но справедлив, не придирался из-за мелочей. Илье Ордынцева жалко было – молодой, неопытный, погиб нелепо.
Через день в сапёрный взвод заявился лейтенант. Сначала все подумали – нового командира взвода прислали.