Маги-таксидермисты, которые работали над экспонатами, мастера своего дела – каждая тварь выглядела живой, готовой к нападению. Стоит потерять бдительность и отвернуться – и кто-то спрыгнет с постамента, чтобы впиться в беззащитную шею.
– У императора огромная коллекция клыкасто-когтистых монстров. Не знала, что на Тарре их так много.
Виктрэм кивнул:
– И она продолжает пополняться. Даже сейчас кромешники из своих поездок привозят ранее неизвестных тварей, разумеется, уже мертвых.
– Только весь этот ряд – твари из долины Адарай, – вклинился в наш разговор Арчиваль.
Нехотя я взглянула туда, куда указывал лорд. Двухметровая, с длинными, мощными лапами ярко-зеленая пташка внушала трепет – наверняка бегала быстро и острый маникюр при этом помехой не был.
– Дорейка развивает невероятную скорость, но перестает видеть жертву, если та замирает.
Как я и думала, пернатая тварь – хорошая бегунья и с такими когтями легко расправляется с добычей.
– Птичка очаровательная, – отозвалась я и передернула плечами.
– Замерзли? – тут же отреагировал Виктрэм.
– Немного.
На плечи мне опустился теплый пиджак, согретый чужим телом. Ненавязчивый запах карамели и пряных специй напомнил о недавней близости с моим кромешником, подарив чувство защищенности и щемящей грусти.
– Итак, Арчи, мы слушаем тебя, – напомнил о цели незапланированной прогулки Виктрэм.
Меня неожиданно охватила неловкость: все же когда негодяй лжет в глаза, это мерзко. И я старалась рассматривать экспонаты, надолго прикипев взглядом к волку с длинными иглами, растущими прямо из холки, затем полюбовалась на крысу, покрытую коричневыми чешуйками и ростом достигавшую мне до колена.
Понятно, оправдания Арчиваля я все-таки слышала.
– Виктрэм и вы, госпожа Джун, простите, я был сам не свой в последние дни. Слишком часто я бывал в долине Адарай… Там, ты сам знаешь, кузен, находиться долго невозможно: тьма внутри бунтует, пытается завладеть полностью, дурные мысли отравляют разум.