Смотрит в глаза обеспокоенным взглядом и очень тихо и медленно говорит:
– Как часто у тебя такое случается? И что обычно делаешь когда рядом никого нет?
Паническая атака меняется на злость. Какого лешего? Даже моя сестра меня так не допрашивает!"
"Не успеваю ничего ответить, только издаю рык и сжимаю кулаки. Он замечает, что я начинаю злиться и снимает меня со своих коленей, усаживает на сиденье, не снимая с меня своей куртки, и пристегивает. Чувствую, что если сейчас начну разговор, то взорвусь. Он выходит из машины, а я, уставившись в одну точку на подголовнике водительского кресла, остываю.
Вот дьявол, голубоглазый. За короткое время он сумел напугать меня до смерти, запустить паническую атаку, согреть и успокоить, а потом снова взбесить своей наглостью.
Отмираю только когда понимаю, что машина начала двигаться, а в салоне играет легкая музыка.
– Останови у метро. Пожалуйста.
Последнее добавляю, потому что не знаю уже как мне от него избавиться, не хочу ехать с ним никуда. Всё же фильмы ужасов не такие страшные, как он.
– Нет, – жёсткое и безапелляционное.
Молчу. Думаю. Как вообще так произошло, что мои случайно брошенные глупые слова про забытые учебники могли привести к такому? Этот человек вселяет в меня одновременно с одной стороны – дикий ужас, страх из-за непонятных для меня поступков и полного отсутствия в них логики, с другой – желание копнуть поглубже и вывести его на чистую воду, залипнув на его глазах.
– Ты кто такой?
Глава 12
Хотела ли я знать ответ на этот вопрос? Скорее, я вообще предпочла бы с ним никогда не пересекаться.
Вся ситуация похожа на какой-то розыгрыш. Сейчас машина остановится, подбегут люди с видеокамерами, включенными в режиме онлайн, и будут задавать вопросы понравилось ли мне это представление. Эх, это было бы самое удачное развитие ситуации.
Ладно, думай, Катя, логически.
Во-вторых, не похож на насильника, тоже надеюсь. Если бы ему сильно надо было, наверно, отловил бы меня не в институте, где опять же, много камер, а поискал другие места. Если эти два риска мы митигируем, то, получается, ничего катастрофически страшного не происходит.