Они отказались слушать приказы Василюка. Вторая часть, наемная, все умерли. Что же касается деревни…
— Ну! Договаривай.
— Там происходит что-то странное, мы не можем связаться ни с одним информатором. Даже староста и тот не отвечает.
Петр призадумался. Он подошел к окну и поглядел вниз.
Под ним простирался очередной город. Один из многих. Такие же квадратные дома. Маленькие ниточки дорог. Будь это вечер, то они бы светились и напоминали капилляры или вены.
До того, как его сын закрыл Петра в тюрьме, он не знал, что такое дирижабли, и когда смог впервые подняться в небо, быстро осознал, какое это замечательное изобретение.
Зачем торопиться? Можно же упустить столько всего красивого.
— Наплевать на деревню, — махнул рукой Петр. — Судя по отчетам, там давно живут люди, которые возомнили себя палачами и судьями в одном лице. Особенно староста.
— Тогда зачем… Что там делают Кузнецов и остальные?
— А там точно Кузнецов? Хотя… Не важно… Лучше скажи, поступило ли предложение от Валахии о сотрудничестве?
— Да, они так же готовы вступить в Имперский союз.
— Ах, тот выскочка из КИИМа, — улыбнулся Петр.
Служанка поставила на стол чай с пиалой конфет. Царь сел в кресло и махнул ей рукой, чтобы удалилась.
— Скажи Буслаеву, что скоро он получит то, что хотел. Теперь свободен.
Как только Петр остался один, он просмотрел документы и снял трубку с выводом на капитанский мостик.
— Слушаю, ваше величество? — раздался голос капитана.
— Поворачивай, летим в США.
— Что⁈ — командир аж закашлялся. — В США? Но у нас нет разрешений. Нет… Мы же…
— Не страшно. Лети, об остальном договорятся за тебя.
— Понял. Меняю курс.
Как только Петр положил трубку, дирижабль начал медленно, но верно поворачивать. В США его ждет очень интересная встреча с одним божеством.
Петр понимал, что это легко может быть ловушкой. Или же божество просто опасается Кузнецова и его компании.
По большому счету, Петр уже просчитывал варианты, и если Кузнецов с сыном собрали бы всех сильных магов и напали бы на Кремль, у них бы были большие шансы на захват. Вот только Петр так же понимал, что при нападении многие могут погибнуть, а Михаил не пойдет на такое. Такой уж он человек.