Надю мне, конечно, не вернуть. Но и Анфиса мне не нужна.
— Богдан, ну что происходит? — спросила сквозь слёзы Анфиса. — Я в чём-то виновата перед тобой? Скажи. Мне ведь нельзя так переживать, я нашего ребёночка ношу.
Стиснул зубы, до того меня перекосило от этих слов.
Противно от всего. От неё, ситуации… От самого себя противно.
Только я не знаю людей, кому удалось приказать себе любить кого-то.
— Ничего, — ответил я. — Я приеду, и мы с тобой поговорим.
— Когда?
— Найду время и позвоню тебе.
— Хорошо. Я буду ждать.
— Я позвоню, — ответил я и повесил трубку.
Откинулся на спинку кресла моего кабинета, сжав в руке телефон.
Ну и что мне с ней делать?
Только кажется, что бросать и отказывать легко, на самом деле я себя чувствовал погано, потому что понимал — мне придётся это сделать. Нужно разграничить наше общение и определить уже роли друг для друга. Дальше так не может продолжаться."
"Пусть рожает, раз решила. Помогать буду — материально, и вообще… Но на любовь рассчитывать ей не стоит.
Сейчас вообще не понимаю, зачем с ней спутался. И как она смогла забеременеть, ведь защиту надевал… Ничего непонятно.
Ладно, надо работать. Вся лирика потом.
— Татьяна, принеси мне черный кофе без сливок и сахара. Двойной, — попросил я секретаря, нажав кнопку селектора.
Работа. Потом всё остальное.
За делами не заметил как стемнело и пошёл дождь.
Устало потёр переносицу пальцами и встал из-за стола.
Дождь барабанил по окнам, я смотрел вниз, на лужи, которые собирались на асфальте.
Грязные, мерзкие. Как моя жизнь теперь.
Что же мне говорить Анфисе?
Прости, ты мне не нужна? Не люблю? Ухожу?
Всё звучит жестоко, какие слова не подбирай.
Решиться на такой разговор, где я — инициатор разрыва непросто.
Я снова не могу подобрать слов. Но придётся…
Это моя зона ответственности. Я виноват перед обеими, и как-то теперь надо это решать.
ГЛАВА 19.
НАДЕЖДА.
— А тест вы делали? — спросила врач меня в кабинете УЗИ.
— Да.
— И что он показал?
— Две полоски.
— Хм-хм… А задержка сколько уже?
— Скоро неделя.
— Тогда, думаю, тест не ошибся. Но давайте проверим. Раздевайтесь, ложитесь.
Она указала рукой на кушетку и стул возле неё, куда следовало сложить свои вещи. Я всё выполнила и улеглась на кушетку с одноразовой пелёнкой и стала ждать.
Сердце гулко билось в груди, пока доктор водила аппаратом по моему животу.
— Угу, — сказала, наконец, женщина. — Вот он у нас… Ребёночек ваш.