- Мчусь, - Катя вздохнула. - Ладно. Жду со стороны приемного покоя, как договаривались. Только будь поаккуратнее на дороге, у меня не осталось ни одной лишней минутки.
«Все равно опоздаю», - глянув на часы, расстроилась она и, чтобы чем-то себя занять, снова стала прислушиваться к шагам.
К разным, в основном медперсонала. И вдруг послышались совершенно другие - торопливые, нервозные.
«Женщина, - идентифицировала Катя. - Грузная, в возрасте, явно чем-то недовольная. В перестуке каблуков - а это, как ни странно для зимы, снова шпильки - почему-то звучит угроза.
"Чтобы проверить предположение, она опять обернулась и... впала в ступор. Двигавшаяся по коридору Людмила Семеновна Балай явно обладала магической силой: невозможно ни взгляд от нее оторвать, ни опять повернуться к окну, ни отбежать в тень. Ну прямо зловещий персонаж из мрачной сказки: развевающиеся полы норковой шубы, из-под которой мелькают щиколотки в полусапожках на шпильке, сведенные к переносице брови, напряженное лицо с хищным носом-клювом, высокий начес, делавший голову гораздо крупнее.
У Кати по спине побежали мурашки, мысли застопорились, нараставший ужас сдавил дыхание... К счастью, занятая своими черными думами Балай никого и ничего вокруг не замечала.
- Подъезжаю, выходи, - сообщил Потюня в машинально прижатый к уху мобильник.
«А вдруг они обе задержались в приемном покое? - со страхом подумала Катя, подхватив с пола пакет с верхней одеждой. - Только бы не попасться им на глаза!»
К счастью, за дверью хоть и было многолюдно, но ни Лежнивец, ни Балай она не заметила. Быстро переоделась в туалете и спустя некоторое время села к Венечке в машину.
- Еще раз извини, - виновато пробурчал тот. - Помчали?
- Помчали, - обреченно согласилась Катя и посмотрела на часы.
Придется предупредить Надежду, что опаздывает.
- Надя? Это я. Не успеваю...
- Не спеши, - перебила ее адвокат. - Сама собралась тебе звонить: отменяется нотариат. Проскурин свалился с температурой. Только что твоя бывшая подружка сообщила адвокату. Грипп, будь он неладен. Жаль.