Но это потом, когда она станет законной супругой Захаревича и переберется за границу.
Нюхнув еще раз открытую банку с кофе, Кира вдруг поморщилась: запах показался отвратительным, притом настолько, что к горлу опять моментально подкатил рвотный спазм. Стараясь скрыть исказившую лицо гримасу, она отставила банку подальше, не оборачиваясь, передвинулась к холодильнику, открыла дверцу, наткнулась взглядом на пестрящий сальными вкраплениями кусок колбасы и... прикрыв рот ладошкой, пулей понеслась мимо Артема в санузел.
- Родная, что с тобой? - терзаясь над унитазом, услышала она испуганный голос Артема.
- Уйди! - прохрипела Кира в перерыве между спазмами, сожалея, что не закрылась на защелку. - Я уже сказала: нервы! Выйди и закрой дверь!
Не смея перечить, Артем отступил назад, закрыл дверь, постоял с минуту в замешательстве и пошел вверх по лестнице за телефоном, который остался в комнате. На дисплее значились два не отвеченных звонка от матери.
- Мама, я у Киры, - негромко сообщил он. - Ее мама ночью в больницу попала, с инсультом.
В растерянности он спрятал телефон в карман джинсов, прихватил заодно Кирин и пошел вниз на кухню.
Тупо глядя на закипавший чайник, Кира сидела на табуретке.
- Солнышко, я, кажется, догадался... - неуверенно начал Артем, подошел ближе, обнял. - Ты... ждешь ребенка? Да? Мама сказала, что это один из признаков беременности, на раннем сроке почти всегда тошнит... Вспомнил: токсикоз! - с радостью выдал он новое слово в своем лексиконе. - Но она сказала, что это скоро пройдет...
- Пройдет? - неожиданно зло отреагировала Кира и вывернулась из его объятий. - Ты издеваешься?! - истерично выкрикнула она, как вдруг, словно что-то вспомнив, сменила тон.
На глазах показались слезы - настоящие, в которые трудно не поверить. Разочарованно вздохнув, молодой человек снова обнял на сей раз податливое тело, нежно прижал к себе.
- Как это никого нет? Есть я, есть мои родители, - попытался он ее утешить.