У самой сердце, как у зайца, колотится, а ребенку каково? Ему ведь все это передается. Не волнуйся, малышка, все будет хорошо, - приложила она руку к животу. - Это мама - трусиха. Сейчас она пойдет к дядям в белых халатах, и те скажут: у нас полный порядок с сердечком. Так что спи, моя девочка, а мама пошла».
Приоткрыв дверцу, Катя высунула обутую в мокасин ногу и едва не угодила в подсыхающее месиво из грязи и мелкого мусора, прибитое накануне грозой к бордюру. Реальность за пределами авто сразу подала недобрый знак.
«Чушь! Только вперед!» - пресекла она дурные мысли, отыскала взглядом небольшую асфальтированную возвышенность, перенесла на нее ногу, прихватила сумку и выбралась из машины.
От утренней свежести не осталось и следа: палящие солнечные лучи, духота. Словно зенит лета, а не последние дни весны.
Спрятав в карман сумки ключи, Катя перешла в тень и услышала, как зазвонил телефон.
- Ну что там, кто там? Что сказали - мальчик или девочка? - с ходу поинтересовалась Арина Ивановна.
- Девочка.
- Ой, как чудесно! Надо скорее Сашу порадовать. Он - только это между нами - больше внучку хотел. Мол, не обучен с мальчиками обращаться. Мы только что разговаривали, он уже подъезжает к Минску. А что еще УЗИ показало?
- ... Арина Ивановна... я... не знаю, с чего начать...
Катя остановилась, заметив свободную скамейку, присела и вдруг почувствовала желание уткнуться в чье-то плечо и заплакать. Пусть ее обнимут, крепко прижмут, спрячут, защитят, успокоят.
- Они обнаружили... в общем, порок сердца у нас. Я сейчас возле 1-й больницы. Идем на консультацию в детский кардиоцентр,
- Катя всхлипнула. - Только я не верю, Арина Ивановна. Не хочу верить. Вы же знаете: и люди ошибаются, и машины, - ища поддержки, скороговоркой выпалила она. - Сколько таких случаев, когда врачи ошибались в диагнозе! Неужели у вас не бывало?
- Ох ты, Господи!.. - женщина, обдумывая новость, ненадолго замолчала.
К сожалению, только этим и могла ее утешить, ибо знала: с таким диагнозом коллеги не шутят, и, значит, порок у малышки точно есть.