- Вы слышали, Александр Иванович? - обратилась регистратор к доктору, вышедшему из смотровой. - Она отказывается от госпитализации! А медицинские показания? А дальше что, вы подумали?
- Я подумала. Я очень хорошо подумала: дальше я поеду в Германию, потому что там спасут моего ребенка! - ответила Катя с вызовом и повторила: - Верните паспорт.
- Мария Афанасьевна, оформите отказ и верните женщине паспорт, - отдал распоряжение доктор, передав в окошко медицинскую карту. - Вам повезло. Поздравляю! - чуть растерянно произнес он, повернувшись к пациентке: - Даст Бог, все сложится.
«Какая-то неувязка получается, - недоумевал Клюев, расписываясь в журналах. - Вадим накануне позвонил, предупредил: сегодня вопрос Евсеевой обязательно решится. Даже попросил не спешить, ежели что... А тут объявляется какой-то Генрих, и вроде это он ей помог... Непонятно...»
Поднимаясь в отделение, Саня набрал номер друга, но тот не ответил - или занят, или разговаривает параллельно.
Рабочий день закончился почти час назад, и Клюев задержался специально: знал, что прерывание беременности Евсеевой назначено на завтра, а потому хотел ее дождаться и определить в свое отделение.
"«Что ж, наконец смогу встретиться с риэлтором, - посмотрел он на электронный циферблат в коридоре. - Чем быстрее выставим квартиры на продажу, тем быстрее вернем Вадиму часть суммы. У него и без того непредвиденные расходы из-за Кати.
- Теперь можно и Ольге рассказать - не хотел раньше времени обнадеживать, дабы не расстраивалась, если не получится... А ведь я обещал ей сегодня съездить в магазин, коляску посмотреть! - вспомнил он и улыбнулся: - Все приятнее, чем готовить пациентку к прерыванию беременности...»
Переодевшись в бытовке (в багажнике автомобиля с некоторых пор кроме стандартного запаса одежды он возил и строительный комплект), Вадим переобулся, счистил прилипшую глину с сапог, ополоснул их под струей воды, сунул в мешок и поставил в специальный контейнер.