Как ни странно, но на мужчину не нападала ни одна тварь. Даже стая мелких каменных буйволов, которые сломя голову неслись навстречу, в какой-то момент изменила маршрут и миновала этого странного человека.
Сам же мужчина не обращал на это внимание. Он наблюдал за небом.
Даже триста лет спустя ему нравились ощущения, когда он вступал на ничейную территорию. Именно он предложил назвать ее Дикой Зоной, потому что она никому не подчинялась. Монстры следовали только своим, неизвестным человеку законам.
Позже, когда он взошел на престол, издал приказ построить сплошную стену вдоль всей Дикой Зоны, чтобы ни одна тварь не проникла к мирным жителям.
Когда стадо убежало на восток, царь решил немного прогуляться. Покрутив головой, он увидел вдалеке купол. Для обычного студента дорога заняла бы около тридцати минут, но у Петра не было столько времени.
Меньше чем на секунду, он оказался у темного купола.
Старые воспоминания всплывали в голове. Раньше все было проще — никаких тебе политических соглашений и интриг.
В течение всего времени правления он искал лучших ученых, искусных воинов, преданных слуг. Пришлось разбираться в политических играх, и сейчас во все мире знали, что царь Российской Империи хоть и бывает суров, но честен и справедлив.
В его стране выращивают самых квалифицированных магов, как военных, так и истребителей.
Чего уж говорить о Скарабеях! Поистине потрясающее чудо техники, которое разработали русские ученые. И теперь эти машины собирают маголит по всем поясам.
Петр посмотрел на часы. Двое верных товарищей должны прийти с минуты на минуту."
"Он еще раз посмотрел на купол и протянул руку, чтобы потрогать оболочку.
— Задержались, — на лице царя появилась легкая улыбка.
Сзади стояли два чуть запыхавшихся военных. Один генерал армии, второй адмирал имперского флота.
Оба были довольны, хотя Петр не понимал причину веселья.
— Простите, Петр Петрович, мы думали, вы будете ждать у входа, — пожал плечами Сергей Кутузов. — Оказалось, вы решили прогуляться.
— Да, давненько я не был в Дикой Зоне…
— Сколько? — поинтересовался Нахимов и слегка прищурился.
— Даже не знаю… — грустно вздохнул он. — Наверное, как Катя родилась, так и перестал. Оля сказала, чтобы лучше дочкой занимайся… Ну я и занимался.