Пока мы говорили, то подошли к концу набережной, она огорожена бетонным ограждением высотой чуть ниже пояса Алины. Прижимаю Алину поясницей к ограждению, а сам нависаю над ней. Она от неожиданности вцепилась мне в руки, но не отталкивает, это уже хорошо. Я жду ответа, но Алина старательно прячет от меня взгляд и молчит.
Я наклоняюсь и нежно провожу тыльной стороной ладони по ее щеке, а большим пальцем касаюсь ее пухлых губам, вспоминая как несколько часов назад, ласкал это тело, целовал эти губы. От воспоминаний член снова напрягается и не двусмысленно упивается в живот Алины.
– Ты ответишь?– снова пытаюсь добиться ответа от Алины."
"Она отрицательно качает головой, но мне ответ уже не нужен. Я наклоняюсь к матрешке и нежно, касаюсь ее губ. Они такие сладкие, мягкие, трепетные. Я чувствую отклик Алины, она сильнее прижимается ко мне, приоткрывая губы, и я впиваюсь в ее губы. Я готов ее трахнуть прям здесь и сейчас. Подхватив Алину под попу, я усаживаю ее на ограждение, и устраиваюсь у нее между ног.
– Ну и молодежь, вы б еще трахнулись здесь,– слышу из-за спины ворчливый голос бабульки.
Оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с низенькой старушенцией, которая укоризненно смотрит на меня.
– И вам добрый вечер и до свиданье,– отзываюсь я, давая понять, что разговор окончен.
Старушка, недовольно цокая языком, развернулась и пошла дальше по набережной, а я разочарованно выдохнул.
Я прижимаюсь лбом ко лбу девушки, и смотрю в ее глаза.
– Ты как?– спрашиваю я, поймав взгляд матрешки.
– Не знаю,– отзывается она, и я понимаю, что она тоже хотела продолжения.
– Пойдем, – внимательно смотрю на Алину.
– Куда?– отзывается она.
– Доведем начатое до конца, иначе я скоро сотру свой кулак. Хочу тебя!– смотрю Алине в глаза, которая от моих слов начинает их смущенно прятать.