Оформляют документы, и врач снова спрашивает меня:
– Значит, пишем бытовая травма? Уверены?– пытливо всматриваясь в мое лицо, спрашивает врач. – Если раз поднял руку, потом не остановится,– продолжает врач со знанием дела.
– Это не тот случай,– пытаюсь я убедить врача.
– Все так говорят, а потом со сломанными руками и ногами поступают,– отзывается врач.
Я порываюсь, что-то еще сказать, но врач меня останавливает.
– Все, все, я понял, бытовая травма. Получите документы у медсестры и будьте осторожны в следующий раз с дверью,– язвительно добавляет врач и уходит, а я плетусь на выход.
На душе так гадко. Мне было очень неприятно, что моего Женю подозревают в том, что он меня избил. Стало даже обидно за него. Конечно, по большому счету именно он виноват в том, что у меня гипс на носу, но он же не специально. У меня на него нет никакой обиды, вот бы еще он на меня не злился, или хотя бы объяснил причину своей злости.
Выхожу в приемный покой, где меня ждет босс. Медсестра оформила документы и уже успела сбегать за выписками, и рекомендациями которые передал ей врач.
Босс так же хмуро окидывает меня взглядом, и мы покидаем травмпункт. Садимся в такси, и начальник называет адрес гостиницы. А мне хочется, поговорит, о его дурном настроении, но не в такси же это делать.
– Больно?– спрашивает босс, и снова смотрит на меня волком.
Евгений.
Чудесный у меня отдых получился, порадовал Алину парочкой дней у моря. Молодец, мужик. Утром я места себе не находил от злости на самого себя, а тот факт, что Алина еще и хотела отказаться от медицинской помощи, думая, что все это пустяки, еще больше огорчил.
– Больно?– спрашиваю, а сам думаю, какой я придурок, ну естественно больно, но я не знаю, с чего начать разговор и ничего оригинальнее не придумываю.