Какой-то сладко пахнущий фрукт с желтой мякотью. Потом там мелькнул хвост древолаза."
"Воздух начал гудеть, мимо пролетело нечто похожее на стрекозу. Правда, размером с пивную банку, и шумело оно как вертолет на радиоуправлении. Я застыл, пропуская этот пепелац мимо. Хобс шепнула, что можно завалить, штука ценная, но я не стал. Не хотелось шуметь, да и стрекоза точно нас заметила, но никакой агрессии не проявила. Хобс поворчала, но как только из-за дерева вылетело еще с десяток таких, показала большой палец.
— А что конкретно мы ищем? — спросил я, пользуясь временной остановкой.
— Бункер, землянка, люки в земле. Над землей они не строили, хотя я один раз нашла скелет в дупле, — ответила Клара. — Но это скорее исключение. Дупло, но не скелет.
Ее слова про скелеты подтвердились уже минут через двадцать. Она же его первая и опознала. Видимо, у археологов на такое взгляд наметан, потому что я в неровном, кривом холмике увидел только неровный кривой холмик с потенциально ядовитой змеей, выползшей погреться к первым лучам солнышка.
Над ухом просвистела лопата, и змея перестала нас беспокоить. Я посмотрел на Хобс, выбирая, что добавить во взгляд: восхищение от меткого и ловкого броска или осуждение, что предупреждать надо. Она виновато пожала плечами и последовала за лопатой. Пара коротких, со знанием дела взмахов, подрезать и откинуть дерн, и перед нами уже лежал скелет в обрывках сгнившей военной формы, остатках броника. Оружие присутствовало, а вот ни черепа, ни каски мы найти не смогли. Я издалека по очертаниям узнал АК-74, но кто-то, и не только время, над ним уже поработал.
По ходу дела Хобс прочитала мне еще одну лекцию, объяснив, что на Аркадии есть особый вид насекомых — коррозиты, которые нашли эти останки раньше нас. Метров через триста мы нашли еще один скелет с кучкой испорченного снаряжения, и здесь нас тоже кто-то опередил. Лет так на десять.
Глядя на остатки пластикового приклада и кожаный ремень без пряжки, я начал сомневаться, что мы вообще найдем что-нибудь ценное. Приключений и тех пока не было.
Хобс была настроена более оптимистично, пообещав, что коррозиты не спускаются под землю.