— Забвения? — повторил я вслед за Молнией, пытаясь осмыслить то, что она сказала. — Пытались сделать из нее марионетку.
Развернувшись, я побежал к лестнице, не сразу замечая, что Молния преградила мне путь, низко зарычав. Остановившись, я непонимающе посмотрел на рысь, начиная раздражаться.
— Лекар-рю нельзя мешать. С Аделаидой все будет хор-рошо.
Выдохнув и согнувшись пополам, я начал часто дышать, стараясь взять себя в руки. Аделаида сильная, с ней все будет хорошо. Я в это верю. А сейчас мне нужно сделать все, чтобы избавиться от мужчин, которые считают себя ее мужьями.
Но, сначала…
Буквально подлетев к избитым мужчинам, я не жалея сил, начал их избивать, избавляясь от охватившего душу страха. Оттащил меня страж порядка, с осуждением посмотрев на меня. Вот только чужое осуждение, как и собственные принципы — действовать в рамках закона, меня совершенно не волновали. Аделаиде плохо, так о каких принципах речь?
— Успокойтесь, лорд Старин. Я уже вызвал группу стражей, скоро они будут здесь.
— Не сомневаюсь, — кивнул я. Иначе я сам их накажу, решив проблему более привычным для благородных леди способом.
— Итак, лорд…
— Диабло, — спокойно кивнул Джон и вытер кровь со сбитых костяшек пальцев об собственные штаны.
— Лорд Диабло, расскажите, пожалуйста, что случилось. Если можно, не пропуская ничего. По порядку.
— По порядку. Я дежурил возле дома Аделаиды, чтобы в случае чего прийти ей на помощь…
— Вы дежурили у дома леди? — крякнул Джирги, выпучив глаза.
— Аделаида уже давно догадывалась, что ее мужья затеивают что-то нехорошее, — нахмурившись, протянул Джон. — Я же просто беспокоился о… любимой женщине.
Кашлянув, Джирги недвусмысленно приподнял брови, покосившись на меня. Я же кивнул, безмолвно подтверждая слова друга. Пусть только с Аделаидой будет все хорошо, а там разберемся.
Больше не прерываясь Джон изложил все, что произошло с Аделаидой, не упуская ни одного момента.
— То есть, никаких прямых доказательств того, что это сделали именно лорд Стольгшин и лорд Нирвело, у вас нет? — вывел меня из мыслей вопрос Джирги, и я едва сдержал волну гнева, которая окатила все внутри.