Я не предам тебя

Натянуто улыбнувшись, спросила:

– Почти?

– Да, для полного восторга от проведённого вечера с такой потрясающей женщиной, не хватает одного.

И в этот момент герцог без предупреждения сел рядом, аккуратно прихватил подбородок опешившей Аделины и накрыл её губы в поцелуе."

"Адель замерла. Язык графа мягко прошёлся по её губам, прося разрешение, а она в этот момент вспомнила прошедший сегодня приём.

Вот Леандор стоит и улыбается незнакомой девице, вот он вальсирует с ней и его рука обнимает её за талию и вновь едкая горечь разлилась по венам, толкая её в объятия другого.

Разомкнула губы и позволила себя поцеловать. Сама устремилась навстречу, лаская языком, пытаясь заставить себя почувствовать хоть что-то кроме отстранённости. Но чувствовала только, как уплотнился вокруг воздух, и стало тяжелее дышать, как открытые участки кожи начало покалывать сотнями маленьких иголочек.

Резко отстранилась и все неприятные ощущения пропали. Посмотрела на мужчину, сталкиваясь с его помутнённым от желания взглядом и поняла, что не испытывает к нему совершенно никаких чувств.

Не было страсти, тумана, влечения, тем более любви – вообще ничего.

– Мне пора, – проговорила, открывая дверь кареты, но герцог придержал Аделину.

Спустился и подал руку, помогая покинуть экипаж. Ещё раз припал губами к кончикам пальцев и, тихо проговорив напоследок: «Я буду ждать с вами встречи Аделина», – забрался в карету.

Постояв на холодном ветру, Адель обвела губы пальцем.

Нет, ей хотелось ощутить на них касание других губ, хотелось прижиматься, обнимать совсем другого человека, но она силком заставила отогнать от себя эти мысли: – «Я не нужна Леану! Видимо устал ждать, когда я отвечу на его ухаживания, когда сама запрыгну к нему в койку, вот и переключился на молоденькую красотку! Зачем ему я, когда вокруг столько молодых девиц?» – с этими горькими мыслями Аделина поднялась по ступенькам крыльца.

Глава 29

Леандор сходил с ума от желания.

Он понимал, что скоро сорвётся, не вытерпит этой пытки. Рядом с Аделиной его разум отключался, и до одури хотелось прижать её к себе, впиться в её сладкие, вожделенные губы, осыпать поцелуями и…

А далее Леандор старательно подавлял свои фантазии. Ему было безумно мало этих целомудренных прикосновений к Дели, когда он кружил её в танце на очередном грахновом приёме, мало случайных соприкосновений пальцев, когда они передавали что-либо друг другу.