Эти слова, сказанные тихим голосом, пробежались мурашками по сердцу Аделины, и она поняла, что безоговорочно ему верит. Поняла и удивилась самой себе и чтобы скрыть смятение, охватившее её, сглотнув, спросила:
– Ты сказал, контракт заключается. Что там указывается?
– Завтра Биаджо передаст тебе его. Поскольку подтверждает контракт глубинная, мне необходимо восстановится перед церемонией. Но это не помешает мне подобрать дом за это время, и думаю, через несколько световиков ты сможешь приступить к осмотру.
Кивнув, Аделина встала, потом вспомнив, спросила:
– В Заливии у меня остался дом.
– Ты хочешь сама этим заняться?
– Нет, – покачала головой Аделина. – Вернее рассчитать людей – да, сама, а вот…"
"– Я возьму продажу твоего дома на себя, если ты не против.
Кивнув, Аделина прошла к дверям и, обернувшись, тихо произнесла, глядя Леандору в глаза:
– Спасибо. За спасение Софи, за то, что помог, защитил меня и дочь от Эстебана. Я тебе безмерно за это благодарна, – и, не давая ответить Леандору, вышла из кабинета.
Глава 21
– Как здесь влажно, – проговорила Адель, когда она с Биаджо и Бэттиной вышли на улицу из прохлады портального здания.
Пять световиков понадобилось Леандору на то, чтобы не только обстоятельно изучить политическую и экономическую обстановку в королевстве Марстока, но и подобрать три подходящих дома.
Адель ощутила облегчение и радость, когда Биаджо за завтраком предложил ей отправиться для осмотра домов, и была изумлена, что портальный круг в самом замке Леандора может вытянуть переход сразу на другой континент.
– Так под замком прокол к самой глубинной или вы забыли? – заметив её удивление, усмехнулся наставник.
– Нет, но такое расстояние, – пробормотала Адель.
Сейчас же, оказавшись в городке Тулуз, даже немного засомневалась в выборе, потому как влажность воздуха была такова, что платье моментом прилипло к спине и раздражающе облепило ноги.
– Ночью прошёл ливень, – показал Биаджо женщинам обмахивающимся веерами на влажные дорожки и землю, – поэтому сейчас так душно.
– Одеваются как в Заливии? – поинтересовалась Бэттина.
– Ещё легче и свободнее, но с таким климатом, здесь это не считается попранием норм морали как в пуританской Алазии.