Когда начинаю о нем думать, в голове сплошная вата. Ни одной четкой мысли. Но я уверена: в нем есть то, что мне нужно.
— В бабнике Пашке тоже что-то было, да? Одно время он казался тебе единственным и неповторимым.
— Мне померещилось или в твоих словах проскользнули нотки осуждения? С каких пор ты решил заделаться мне в отцы?
Больше драконьих мыслей я не слышу. Наверно, к счастью. Cудя по не слишком приятному направлению разговора, его продолжение не понравилось бы никому из нас.
Где-то через час или два полета, напитавшись изумительными пейзажами, в нетерпении начинаю ерзать у дракона на холке.
— Сиди спокойно, госпожа. Ловить тебя в свободном падении будет проблематично.
— Не называй меня госпожой! Это звучит так странно… Нам еще долго?
— Нет. Почти добрались. Смотри. Перед нами священный Элькасор.
И правда. Мы подлетаем к по-царски огромной горе. Над темно-зелеными склонами величаво возвышается белая верхушка, одетая, по логике вещей, в снежную шапку.
— Снег здесь есть. Мы, драконы, обожаем снег.
— Говоришь, как будто ты — настоящий дракон!
— Я и есть настоящий дракон.
— Ну да, точно! — подначиваю, не удержавшись. — Уже целых несколько дней!
— Я обещал, что не буду делать мертвых петель, но ты ведь напрашиваешься, чтоб тебе доказали драконье нутро…
Он резко берет наверх, устремляясь куда-то в стратосферу, и я, хватаясь что было сил за его шипы, ору:
— Все, молчу, молчу! Ты настоящий, самый что ни на есть подлинный дракон!
— То-то же, — на этих мыслях мы выравниваемся и уже в молчании, без эксцессов приближаемся к огромной пещере.
— Не стая. Клан, — поправляет меня педантичный Карниллиус. — Сейчас ты видишь малую его часть.
— Погоди, они же не могут слышать мои мысли?
— Твои — нет. Мои — да."
"— То есть, когда ты реагируешь на мои мысли, они понимают, о чем я подумала?! Знала бы заранее — ни за что не согласилась бы воспользоваться твоим гостеприимством!
— Потому и не предупреждал заранее! Не зря в народе говорят: «мудрый, как дракон!»
О том, когда он успел изучить местный фольклор стараюсь даже не думать, чтобы не нарваться на еще одну демонстрацию его летательных умелок.