Я вырвал оружие и всучил какому-то парню из наших кланов, у которого было при себе какое-то древнее однозарядное ружьё.
— Держимся, — сказал Варг и показал мне саблю. — Отбил у альтера Иванова из клана Мардаградских Гор. Крепкий был, засранец.
— Фехтовал с ним? — я нахмурился.
— Застрелил, конечно же, — Варг улыбнулся и показал револьвер. — Будто у меня было время с ним выделываться.
Я кивнул и одобрительно похлопал его по плечу. Из парня получается хороший вояка. А уж его отряд смотрит на командира и хидара, не скрывая уважения.
"Все, кроме Стаса, родного брата. Хотя по его роже и не понять, то ли он завидует, то ли натёр ноги.
— Господин Инжи очень помог, — продолжил Варг. — Как бросил свой огненный шар...
— Варг, — тихим голосом сказал Инжи. — Это мне тебя надо звать господином, забыл? Ты давно уже выше меня по статусу, я же говорил.
— Да это ерунда, я же всё тот же. О, Громов, смотри, — Варг показал на брата. — Смотри, что Стас добыл.
Стас нахмурился и показал мне странный револьвер без барабана, плоский, с мощной прямой рукояткой.
— Самозарядный пистолет, — у Варга такой вид, будто он добыл это оружие сам. — Дорогущий, собака. Таких за морем делают штук сто в год. У наёмника того был, когда они в траншеи спрыгнули.
— Только патронов мало, — Стас вытащил из рукояти чёрную коробочку, вверху которой видно один патрон. — Револьверные не подходят.
— Хорошая работа, — сдержанно похвалил я второго Климова. Стас скривился, будто съел целый лимон.
— А то, — Варг обрадовался больше брата.
— Посмотрим.
Я чуть приподнялся на носках и выглянул из траншеи.
Все панцирники врага ехали в нашу сторону. Земля задрожала. Установленные на бронемашинах пулемёты палили в нашу сторону. Иногда панцирники останавливались, стреляли из орудий и ехали дальше. Снаряды взрывались очень близко.
А под прикрытием брони наступала следующая волна. Свист пуль стал невыносим. Кто-то из сидящих в окопе клановых начал молиться предкам.
— Где наши панцирники? — спросил я.
Только я это произнёс, как начали палить наши.
Сейчас станет горячо. Но надо сделать ещё жарче.
— Инжи, — сказал я. — По моей команде.
Он понял, что я от него хочу. Бывший Наблюдатель Великого Дома Дерайга, сражающийся против некогда подчинённой ему армии, приподнял руки и закрыл глаза.
Наконец-то стало теплее, когда между его ладонями набух здоровенный огненный шар. Вниз закапали огненные капли.
Стенки траншеи начали парить от этого жара.