— Говори.
— Это касается Малого Дома Волковых. Вскоре после атаки их штаб сгорел, вместе с Наблюдателем, наследником и всеми высшими офицерами. Дом разгромлен.
Инжи поёжился.
— Волковы, конечно, не самые приятные люди на свете, но такая участь… скажи, Громов. Их убил тот, кто дрался с тобой на озере?
— Возможно.
— Но кто это? Он силён, как Небожитель, — Инжи огляделся и выглянул в окно.
— У него нет призванного оружия.
— Да. Но он всё равно опасен. Я скажу, чтобы усилили охрану. И сам за тобой присмотрю, пока ты не придёшь в себя.
— Твой дядя ещё может напасть.
— Нет, — сказал Инжи и помотал головой. — Он не осмелится. Он выступил, потому что на тебя нападали три Малых Дома. А в одиночку он не рискнёт.
* * *"
"Инжи был прав, его дядя не осмелился идти в бой. Он вообще отступил в Мардаград. А это значит, что пора возобновлять старый план. Искать союзников, и готовиться к схватке с Великим Домом Дерайга.
Первый раунд остался за мной.
Меня перевезли в поместье Наблюдателя, и теперь я лежал на мягкой кровати в собственной спальне.
Доктор напоил меня какой-то гадостью, и велел лежать. Но лежать я буду недолго, ещё полно дел. Сначала надо пообедать, а потом засесть с Инжи и Мари, чтобы продолжили называть мне возможных союзников.
Надо найти их до того, как Дом Дерайга устроит очередной заговор. В интригах Валеран Дерайга разбирается лучше меня.
Но это пока.
В дверь постучали.
— Громов, принесла тебе куриный бульон, — объявила Мари Рэгвард, весело улыбаясь.
— Сама готовила? — спросил я, поправляя мягкую подушку.
— Не, в этот раз слуги. Я разбирала твою почту.
На подносе, который она принесла с собой, стояла парящая миска, от которой шёл приятный аромат. Но главное, что горячее.
— Не отравлено? — спросил я на всякий случай.
— Я спросила повара о том же, — ответила Мари. — И он съел целую чашку передо мной.
Она поставила миску на табуретку рядом с кроватью, хотя это и не требовалось.
Горло сильно болело, но я справился. Тепло приятно разливалось внутри.
— Спасибо, — сказал я и вытер рот. — А мне пора идти?
— А куда ты собрался? — спросила Мари, убирая чашку. — Тебе ещё надо лежать в тепле! Никуда я тебя не пущу! Ты посмотри, на себя.
Она чуть откинула одеяло, показывая на покрасневшее от переохлаждения тело.