В голову тут же, как кувалдой, ударило запахом паленых перьев и чего-то еще, не менее противного, отчего к горлу подкатила такая горькая волна, что я невольно прижала ладони ко рту, отскакивая. Но дурноту было уже не сдержать. Запах словно прилип ко мне, теперь и листики мяты, рассованные по всем карманам, не помогут.
Отступая, я судорожно оглядывалась, выискивая просвет между прилавками и телегами, куда можно было бы выйти с импровизированной торговой улицы. Заметив подходящий, не обращая внимания на удивленный взгляд Люры, метнулась туда, слыша за спиной тяжелые шаги Хазета.
— Вы бы сказали его милости, — протягивая чистый платок и недовольно поджимая губы, прокомментировал Хазет.
— Я собиралась, но с этой ярмаркой совсем времени нет.
— Вы уж как-то найдите, ваша милость. Если милорд нас с Ченни потом прикопает в саду, за то, что не сказали — вы будете грустить, — пытаясь разбавить напряжение, шуткой закончил Хазет. — Нужно сказать, пока он сам не заметил.
— Ну уж так долго тянуть, как Корин, я точно не стану, — фыркнула я вспоминая, как невестка ждала какой-то реакции от Кастана на округлившийся живот.
— Это меня, конечно, радует, но как-то совсем грустно, что мою сообразительность ты равняешь с этим тугодумом, — услышав голос мужа за спиной, я вся обмерла.
— Я не сравниваю, я просто…
— Опять секретничаешь, — подвел свой итог барон, обнимая со спины. — Не стоит. Я все понял еще недели две назад, когда ты вдруг перестала есть рыбу."
"— И только-то? — подобной внимательности от него я точно не ожидала.
— Нет, — руки вдруг отпустили плечи, скользнув под мышки и совершенно бессовестно поймав грудь, немного сжав пальцы и с усмешкой добавив, — еще я заметил, что этого богатства у меня стало куда больше.
— Тазур, тут же люди вокруг! — возмущенно пискнула я, шлепнув мужа по рукам.
— Точно, — ухватив меня за руку, барон потянул через просвет между прилавками, остановившись у одного из торговых мест, мой муж взобрался на какую-то бочку, так и не отпуская моей руки. — Прошу вашего внимания.