Ей вовремя промыли желудок. Хина ее немного отпоит и поставит на ноги. Правда, предстоит провести ночь здесь.
— Это самое разумное решение. Хина, у тебя есть что-нибудь для Анны?
— Не отвлекай ее, — сердито фыркнула Анна, когда кашель отступил, легко стукнув меня по ладони. Она сделала это не осознанно, почти привычно, даже не обратив внимание на собственные действия. А я склонил голову, пряча от нее улыбку.
Хина, закончив с Люрой, поставила на угли еще одну кружку с водой, кинув туда шепотку каких-то трав.
— Там есть свободные тюфяки.
Анна.
Тюфяки, сложенные из мха и зашитые плотной тканью, когда-то давно были обработаны смесью смолы и воска, от чего были куда жестче, чем хотелось, но зато оставались почти сухими не смотря на сырость и влажность, наполняющие пещеры.
Мне доводилось ночевать здесь всего-то пару раз, но я все равно оценила преимущество такой подстилки по сравнению с ночевкой на голых камнях.
— Как вы, мои хорошие? — стоя спиной к скале, я поглядывала краем глаза на Тазура, следя как далеко он находится и неслышен ли ему разговор.
— Все в порядке, ваша милость, — шмыгнула носом самая младшая, кинувшись меня обнимать, чем едва не повалила на камни.
— Ох, осторожнее, Тати.
— А мы правда можем вернуться в поместье?
— Думаю да, — девушки смотрели напряженно. Чуть встрепанные, бледные, они выглядели весьма встревоженными и утомленными этим вынужденным проживанием в пещерах. — Пока у нас все в порядке, но я вас прошу все же, быть осторожными. Мужчины есть мужчины, а вы молоды и хороши собой. Сегодня отдыхайте. Миха принес вам еды, так что ужинайте и набирайтесь сил. Завтра пешком кусок дороги идти.
Девушки покивали, поочередно обняли меня и уже не выглядели такими испуганными и взволнованными.
— Анна, иди пей свое лекарство, — Тазур, приподняв одну бровь, зычно позвал через весь зал пещеры.
Скрипнув зубами, слушая, как девушки пытаются сдержать хихиканье, в бессилии сжала кулаки. Самое обидное было то, что поделать здесь ничего было нельзя. Мужчина был прав, отвар следовало выпить.