Он взорвался, меня отбросило назад. Я упал спиной и проехал по голой и лишённой снега морозной земле. От удара из груди выбило весь воздух, а ещё я приложился затылком. А Фойл тем временем просто побежал куда-то к своим.
— Стой! — крикнул я.
— В бой! — вопил Фойл. — Все в бой! Защищайте меня!
А сам продолжал убегать. Вот же трус, бросил своих людей на верную смерть. Я побежал следом. Но здесь слишком много врагов. Кто-то лёг на землю, целясь в меня из ручного пулемёта.
— Господин Громов! — охрана пыталась меня удержать.
Я вырвался, но клановый парень, что держал меня за плечи, предпринял ещё попытку меня остановить. И получил пулю. По нам начали прицельно стрелять. Парень упал на землю и начал грести ногами.
Сейчас тут всех перестреляют.
— В укрытие! — приказал я, хватая раненого за шиворот и утаскивая за собой.
— Нужна поддержка! — крикнул адъютант в свой радионаушник.
Метель стихла, и связь вновь работала.
Мы понемногу отходили. Кто-то ещё из тех, кто закрывал меня телом, получил пулю.
Я схватил ещё одного раненого за ногу и потащил за собой пригибаясь. А два наших панцирников выдвинулась на помощь.
Пулемёты, установленные на корпусе и внутри, палили в сторону врага. Громко стрельнувшие пушки заставили пулемёт замолчать. Я оставил раненых и посмотрел, что там творится.
Одинокий силуэт Фойла бежал по белому полю.
Он уже далеко. Наблюдатель Хитланда размахивал руками, пытаясь заставить верные ему войска наступать. Но войска оценили всё по-своему. Завидев бегущего к ним Небожителя, они бросали оружие и убегали сами, впереди него. Остальные тоже не выдержали.
— Гоните их до самой границы! — приказал я.
Адъютант убрал руку от раненого плеча и приложил радионаушник плотнее.
— Приказано атаковать, — сказал он слабым голосом.
— А ты в госпиталь, — я показал на него.
Видимость улучшилась, насколько это возможно было в условиях ночи. Панцирники двинулись дальше вдоль берега, часть войск шли прямо по льду. Враг отступал по всем направлениям.
Но мы его будем преследовать долго и не дадим вернуться. Фойл сбежал. Теперь вопрос, когда он сунется. Или мне напасть первым? Я пока не знал. Ведь у меня ещё…
— Что ты делаешь? — вдруг раздался голос внутри головы.