Так, кажется, это делается, если расследуешь детектив.
Вот и все, что я хотела тебе написать. Не называй меня, пожалуйста, глупой девочкой. Я храбрая девочка. И мне очень нужно стать знаменитой.
Целую тебя в пухлые, милые щечки.
Роза»
2
- Глупая девочка! – тяжело вздохнул Серега, а Флора громко всхлипнула.
- Значит, ему нужна была тетрадь, - задумчиво сказал Алексей. – Поехали, Серега, глянем на то, что осталось от пожара.
- А мне? Мне что делать? – растерянно спросила Флора.
- Сидите пока дома.
- Но он же хотел меня убить!
- Хотел. И это странно, что не убил. Извините, конечно.
Алексей еще раз понюхал листок из конверта. Потом подошел к Флоре, и тоже потянул носом.
- Извините. Поближе можно?
Она засмущалась, но кивнула.
- Что за духи у вас? – спросил Алексей, приблизившись и почувствовав от одежды Флоры незнакомый тонкий аромат.
- Ну, какие там духи? Очень дешевая туалетная вода. «Цветы России» называется.
- Фиалка?
- Муж подарил. К Восьмому марта."
"- Хороший подарок. Может быть, он вам жизнь спас. До свидания, Флора!
- Что ж, поймаете вы его? – спросила маленькая, суетливая женщина.
- Обязательно…
… Они ехали быстро, не обращая внимания на возмущение водителей, знаками и сердитыми гудками показывающих свое недовольство.
- И все-таки не понимаю, - пытался рассуждать Серега Барышев, – почему он ждал столько времени, чтобы поджечь павильон? А?
- Неизвестно, как долго они разговаривали с Розой.
- Она могла и не ответить.
- Флора? Вряд ли. Не похоже, что она может огрызнуться в ответ: «А вам-то что?» Или просто откровенно послать.
- Приехали. Вон, видишь, почерневшее здание?
Они подъехали к обгоревшему павильону и поспешно вылезли из машины. Возле пострадавшего от огня цветочного магазинчика уже не было ни пожарных, ни Лейкина, ни зевак.